– А заявление на неё написать не хотите ли? С указанием своих имени-фамилии? А то ведь как нам её прижать?

Алексей слегка стушевался:

– А без этого нельзя? Она же узнает, а это небезопасно может быть. Нанесет мне физические увечья, или ещё какие преступные действия совершит. Асоциальный же элемент.

– Асоциальный? А ты, значит, социальный, да?

Участковый резко отшвырнул недокуренный бычок.

Лёха не сразу понял, что концепция поменялась.

– Слушай, ты, ано…ним, – милиционер начал медленно наступать на Лёху. – Остроухову Анну Викторовну ты оставляешь в покое. Не твоё дело, с кем она русским языком занимается.

И от пацана её отстань.

– Да у вас… у вас преступный сговор! – осенило Алексея. – Её милиция крышует. Наверное, выручку делите.

Он бочком-бочком ушёл от оборотня в погонах, добежал до своего подъезда, рванул на себя дверь. И тут на него выпал мальчишка, Колька. Один из тех, что к соседке ходят к экзаменам по русскому готовиться.

– Извините, – вежливо сказал мальчик. Потом радостно помахал участковому:

– Привет, пап! Давно ждёшь?

– Да не, пришёл только. В машину иди.

Лёха вздохнул и прошмыгнул в подъезд.

Не тому служителю закона он свою гражданскую позицию излагать взялся, не тому. Здесь явно рука руку моет.

С того дня появилось у Лёхи желание добиться справедливости. Привлечь соседку за коррупцию и за оказание незаконной предпринимательской деятельности. А что, он узнавал, есть такая статья закона, что услуги населению надо оказывать только легально. Были 90-е, и на такие условности мало кто смотрел, времена стояли тяжелые, народ зарабатывал, как умел."

"Лёха в своей деятельности зашёл далеко – написал анонимное письмо в РОВД, указав, что не может указать своё имя, поскольку боится преследования участкового, подкупленного Остроуховой.

Удивительно, но на сигнал отреагировали, заявке дали ход.

Однажды на пороге коммуналки появились трое «сотрудников», поговорить с соседями и с самой Анной Викторовной.

Лёха вышел из своей комнаты, стараясь сохранять невозмутимый вид и полную незаинтересованность. С достоинством сказал, что да, бывают 2-3 раза в неделю дети школьного возраста, явно не просто так они сюда ходят. А вот Женька с Федькой его не поддержали.

– Я работаю много, – поведал Фёдор. – Чужих тут не вижу особо. Да, пару раз сталкивался с ребятишками. Вежливые, не орут, не мусорят. Так тут и Егорке всего-то лет 11, откуда я знаю, может они к нему в гости забегают.

– Вот-вот, – согласилась Евгения. – Мальчишке общение нужно. А если Аня и помогает кому к экзаменам готовиться, так просто от душевности. Им сейчас столько задают, когда всё успевать? А так они и общаются с ровесником, и его мама им может иногда подскажет, как слова правильно писать.