— Мы и есть орки. Орочьи женщины, которые однажды ушли искать другую жизнь, устав от крови, войн и бессмысленной жестокости. Мы хотели мира, потому что не желали больше хоронить мужей, братьев и сыновей. Нас никто не услышал. Наши мужчины жаждали крови и добычи. И тогда сильные здоровые молодые женщины пяти племен взяли свои судьбы в свои руки и ушли. Мы забрали оружие, все необходимое для выживания, запас пищи и маленьких детей, которые еще толком ничего понимали. Вела нас древняя старуха, ослепшая шаманка, потерявшая связь с миром реальным, но продолжавшая видеть духи предков и природы. А феи тогда были крылаты.

— Это было так давно, что о вас никто не помнит. Вы стали сказками, легендами. То ли были, то ли нет. А мир с тех пор изменился. И племена орков тоже.

— Я заметила, — тонко улыбнулась Рогнеда. — Вождь племени — женщина, бескрылая фея. Такое было невозможно в те годы, когда мои предки покинули свои племена и привычную жизнь.

Я открыла рот, чтобы сообщить, что я не фея, а человек, но… промолчала. Драконы и горгулья меня так активно убеждали в моем фействе, что я уже и сама начала сомневаться в себе. Вероятно, это не так невозможно, как я думала. И феями действительно не рождаются. Иногда.

Мы помолчали. Потом я задумчиво протянула:

— Значит, неделя… А сколько тут всего пробыл Эдгар?

Рогнеда замерла, покосилась на меня растерянно и виновато.

— Чуть больше месяца.

— Хм-м… Проблемка…"

"— Прости, Терезия, — развела руками моя собеседница.

— Он тоже заболел? Через неделю? Две? Как протекала лихорадка?

— В легкой форме. Недомогание, скорее, чем привычная форма лихорадки. Вероятно, потому что он дракон, особенная магия и огонь внутри. Я полагаю, что его способности воспроизводить потомство сохранились. Но, возможно, потребуется время, чтобы восстановить их в прежнему виде.

— То есть Ирдену тут тоже грозит лихорадка. Как и всем моим остальным мужчинам.

— Мне жаль, но изменить это я не в силах, — ответила мне королева амазонок.

Сразу после ужина я ушла в выделенную мне комнату. Проводила незнакомая мне девушка. Я была напряжена, выдержку удавалось сохранять с трудом. Ситуация, и так весьма странная, требовала немедленно решения.

— Клара, ты чего такая взъерошенная? — лениво спросил Ирден, лежавший на кровати с толстой книгой в руках.

— А потому, что ты, вполне вероятно, можешь остаться без племянников, а твои родители без внуков! — решила я не тянуть. — Мужчины, пожив тут более недели, сначала болеют местной лихорадкой, потом выздоравливают, но вот с возможностью заиметь в будущем потомство у них начинаются проблемы. Так что у нас большое «ой».

— И срок менее недели, — сел ровно дракон.

— Да.