– Я не это хотел сказать, – цедит сквозь зубы мужчина. – Тебе прекрасно известно, что безмозглой бабой я тебя не считаю!

– А кем, Ингвар? Кто я для тебя? – вскрикиваю в отчаяние. – Кто? Игрушка? Наложница? Вещь? Кто?

От каждого моего вскрика я вижу, как дергается у него щека, словно очередное слово, которое я в отчаяние произношу, бьет его пощечиной. В конце концов, он не выдерживает и протягивает ко мне руки. В первый момент я испуганно отшатываюсь, но Игнвар, схватив меня, просто пересаживает на свои колени и крепко прижимает к груди.

– Ты ошибаешься, – его губы дотрагивается до моей макушки, настолько легко и невесомо, что я неуверенна, не почудилось ли мне это.

– А кто? Я не любимая. Не жена. Тогда кто? – горло сдавливает от волнения.

– Мужчины не умеют любить, – качает головой викинг. – Это бабские глупости.

Эти слова причиняют неимоверную боль. Я начинаю биться у него в руках, пытаясь вырваться из их удушающего кокона, но он только прижимает меня к себе сильнее.

– Мужчины не умеют любить, – продолжает Ингвар. – Но когда я смотрю на тебя, у меня внутри словно сжимается тугая пружина. Я чувствую, что ты создана для меня, что я не могу позволить тебе принадлежать другому.

– А себе? Ты позволишь мне принадлежать себе, – хрипло спрашиваю. В груди словно зияет черная дыра, гложущая и болезненная. А на что я надеялась? На любовь до гробовой доски, на любовные баллады и цветы, на верность и доверие? Глупая, глупая Гвен…"

"– Если это не причинит тебе вред, – выдыхает мне в волосы викинг, видимо, вспоминая недавние события.

– Мне нужно вернуться домой, – снова повторяю, стараясь не замечать, как ноет сердце.

– Почему? Расскажи мне, что тебя зовет туда? – тихо просит Ингвар, не приказывает, а просит.

И я, подумав, соглашаюсь. Пора уже рассказать правду о том, в чем мое предназначение.

– Много лет назад мой предок, Гиллаган О’Ши, сотворил ужасные вещи, – начинаю я рассказ. – Он был настоящим чудовищем, для которого жизнь людей не стояла и пенса. Его кровавые эксперименты остановили, запечатав тело и душу в каменный саркофаг в крипте замка, а сторожить неупокоенную дух призвали хранителя, – легенда, не единожды услышанная в детстве, льется из моих уст, как напев. – Со временем, заклинания, удерживающие Гиллагана, истончились и начали разрушаться. Мои родители восстановили их, но чтоб избавится от призрака навсегда, нужно его душу отправить к Манану. Я Тог Анем, единственная, кто может это сделать, – поднимаю взгляд и вглядываюсь в ясные, как летнее небо, глаза викинга. – Мне нужно домой… Ты… ты отпустишь меня?

Мой вопрос повисает в воздухе, словно занесенный над головой меч. Я, затаив дыхание, жду ответа, глупо надеясь, сама не знаю на что.