Прямо на моих глазах тела немертвых начинают рассыпаться прахом, а их души, очищаясь в потоке божественного огня, поднимаются в небо.

И это все моя девочка, моя Гвен! Хрупкая… Нежная... Честная... Самоотверженная… Но чем ей придется платить за свою доброту? Жизнью? Душой? Я не могу этого позволить.

– Ингвар, у нас проблемы! – слышу я обеспокоенный  голос Бригера.

– Я вижу, – цежу сквозь зубы, прикидывая, как бы прекратить ритуал, при этом не навредив Гвен.

– Нет, не эти, – отрицательно покачивает головой старый вояка и указывает куда-то за наши спину.

Резко оборачиваюсь и крепко сжимаю рукоять меча.

– Вот значит как?

Кто б сомневался, что злобные близнецы Кат и Ката просто так отпустят тех, кто веками собирал для них души. Дети бога смерти призвали себе в помощи своих питомцев, жителей подземного царства, его несменных охранников – четырехглазых псов смерти – гармов.

– Гарм тебя раздери, – по привычке снова ругается Сван, но его хлопает по плечу Бригер.

– Сплюнь! – фыркает он. – Выстоим. Нам нужно их задержать, пока Гвен не закончит.

Я достаю из голенища сапога сакс, чувствуя, как удобно ложится в ладонь шероховатая рукоятка кинжал.

– Их около двадцати… Справимся, – моментально оцениваю количество противников. – Но это пока… Главное не подпускайте их к шее. Укус гарма ядовит. Если яд попадет в основной кровоток – пиши пропало.

Глава 46

Первых троих мы уничтожаем еще на подлете. Меч и сакс слушаются меня, как продолжения рук. Встречаю гарма ударом меча, а пока тварь не пришла в себя, быстро перерезаю глотку кинжалом, удерживая вонючую тушу на острие клинка. Первый есть! Краем глаза замечаю, что Сван своего противника уже добил и теперь помогает старику Бригеру, которому в силу возраста намного сложнее, чем нам.

Узрев в нашем лице достойных врагов, волки Сепа меняют тактику, и теперь мне приходится сражаться против двоих, периодически отвлекаясь на третьего, не позволяя ему зайти со спины. Сейчас мне не помешал бы щит, или копье. Подпускать к себе ядовитых  псов опасно. Но приходится довольствоваться тем оружием, которое имеем.

Увлекшись сражением с одним из нападающих, второго опрометчиво подпускаю слишком близко, и едва успеваю подставить вместо обнаженной руки, запястье с наручью. Гарм вгрызается зубами в металлическую защиту, но прокусить ее не может, а там уже и я добиваю тварь кинжалом, отшвырнув первого, раненого мечом, сильным ударом ноги. Он жалобно скулит, грудная клетка пару раз поднявшись, опадает и больше не двигается. И этот сдох.

Мы сражаемся плечом к плечу, как привыкли во многих битвах, – по бокам я и Сван, а в центре Бригер. Псы все наступают и наступают, кажется, что им не будет конца и края. Земля теперь напоминает кровавое месиво из грязи и остатков тел.