- А как же любовь, Сакрорум? Разве возлюбленные не клянутся - и в горе и в радости, в

болезни и в здравии... или всё, любовь прошла? Быстро, - я щелкнула кольцами. - Или... это

особенность горской любви, Сакрорум? Быть опорой и поддержкой сложно, пустить слезу

куда проще, - добавила язвительно, - и сдаться, отправившись к предкам. Слабак.

Нике зарычал в ответ. Можно заканчивать - он полностью пришел в себя.

- Император проявил милость к горским общинам. Тот Клан, который сдаст тайные тропы и

ключи будет помилован, ему обещана императорская амнистия, - перечислила я сухо. -

Тропы через Хребет, - пояснила я.

Нике моргнул глазами пару раз, а потом расхохотался, откинув назад голову, он смеялся, но

глаза оставались серьезными, цепкими и злыми.

- Высшие до сих пор верят в детские байки...

Я пожала плечами - все предсказуемо.

- Никаких троп нет, это фантазии летописцев, - он презрительно рубанул рукой. - Вам

просто нужен повод, чтобы уничтожить нас...

- А если бы были..., - протянула я тихо. - Если бы тропы были, Сакрорум...

- Были? - глаза Нике сверкнули и он прищелкнул зубами. - Тогда тебе пришлось бы встать

на колени, Блау... встать на колени и ползти ко мне... и целовать мне сапоги...

Я фыркнула. Это было так... так в духе Нике.

- Ты так хочешь увидеть меня на коленях? Это сделает тебя счастливым?

- Беспредельно, - прошептал он. - Я даже умереть за это готов, чтобы увидеть тебя...

раздавленной и униженной...

Я сделала вперед два шага, расправила юбки ханьфу и начала преклонять колени. Глаза

Нике округлились.

- Не в этой жизни, - я фыркнула и оглушительно расхохоталась. - Только ради тайных троп,

Сакрорум, я была бы готова встать на колени.

Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы моя лояльность не подвергалась сомнениям.

- Не в этой жизни, - эхом ответил Нике. - Будь проклят тот день, когда я встретил тебя,

Блау. Будь проклят весь ваш Род, и будь прокляты Высшие! Ты! Ты самое плохое, что

случилось со мной в этой жизни. Вы уничтожаете всё, что вас окружает... Знаешь, о чем я

жалею? Знаешь? - он лихорадочно подался вперед. - Я жалею, что не могу продать тебя дважды.

Я прикрыла ресницы - и проморгалась - глаза внезапно запекло, как будто туда насыпали

песка. Он всё равно не будет помнить.

- Ты - выкрутилась, - выдохнул он с ненавистью, - выкрутилась, но там, - он кивнул

наверх, - там видят всё... Все Высшие, вы все заслуживаете только одного, чтобы..., - я

быстро щёлкнула кольцами, кастуя стазис.

Это уже лишнее. Он сейчас наговорит лишнего - это не нужно никому.

Нике застыл, сидя на кровати, глядя в одну точку - стазис был полным. Я подошла,

заправила мокрую длинную прядь за ухо - он постоянно не стрижется вовремя - экономит

деньги. Кинула ему сверху на плечи пушистое полотенце, чтобы промокнуть рубашку,

застегнула все пуговицы и расправила воротник.