Как Саманта любила горы! Увидев их, она почувствовала себя на привычной прогулке с vaqueros, когда целые дни напролет могла носиться по горам, исследуя пещеры и глубокие расщелины, разыскивая узкие проходы, которыми столетиями пользовались индейцы, чтобы попадать в скрытые от глаз долины, где еще, сохранились развалины селений. Это была замечательная жизнь!

Саманта вздохнула. Теперь она не так юна и приключения уже не захватывают дух. Она повзрослела за три года учебы. С грустью ей подумалось, что самое важное во взрослении произошло за последний месяц.

Они въехали на ранчо в первой декаде апреля.

Был солнечный теплый день. При виде отца сердце у Саманты забилось от радости. Она подбежала к Хэмильтону Кингсли и упала в его объятия.

В них было так уютно и безопасно! Никто не посмеет обидеть Саманту, когда эти руки обнимают ее. Отец баловал ее, заботился, любил. Как прекрасно снова оказаться дома!

Хэмильтон улыбался, но его глаза были полны слез.

— Очень я постарел?

— Ты совсем не изменился!

— Зато о тебе этого не скажешь. Ты уже не та маленькая девочка. Больше не буду посылать тебя ни в какие школы.

Черт возьми, слишком это надолго. Я скучал по тебе, nina.

— Я тоже. — Саманта чувствовала, что вот-вот расплачется. — Прости, что я задержалась в пути больше, чем это было необходимо. Я сожалею, что не приехала раньше. Очень сожалею.

— Ну что ты, — хриплым голосом сказал он. — В твоих прекрасных глазах появились слезы. Входи. — Хэмильтон провел ее в закрытый со всех сторон дворик-патио, расположенный в центре просторного одноэтажного дома, построенного из необожженного кирпича. — Мария! Наша девочка вернулась домой! — закричал он.

 — Иди сюда и посмотри, как она выросла.

Дверь из кухни выходила в засаженный цветами патио. В ней показалась Мария и побежала навстречу Саманте. Они встретились на полпути под проходом, сделанным в виде арки. Мария почти не изменилась, только прибавилось седины в ее угольно-черных волосах. Толстая мексиканка нежно обняла Саманту.

— Нет, вы гляньте на нее, — с деланной сварливостью заговорила Мария. — Ты так выросла, muchacho, и превратилась во взрослую женщину.

— Похорошела? — начала поддразнивать ее Саманта.

— Я вижу, ты совсем не изменилась.

Дразнишь меня и напрашиваешься на комплимент.

— Что-то не могу его дождаться.

— Ага, — с негодованием закричала Мария. — Как эта девчонка врет. Тебя этому учили в школе? Саманта и отец подавили усмешки.

— Мария, ты же знаешь, что она только дразнит тебя, — сказал Хэмильтон.

— Не хочу слышать дерзостей от нахальной девчонки! — Мария засмеялась.

— Как девчонки? Ты говорила, что я превратилась в женщину. Что-то ты быстро меняешь мнение, Мария.

Мария всплеснула руками, признавая поражение.