Я останусь совсем одна в этом мире.

— Со мной все в порядке, Джоджо. В порядке. Видишь? Смотри. — Он пошевелил своими безволосыми бровями, постукивая себя по груди, как будто это был старый телевизор, который выдавал плохой сигнал. — Я просто пошел навестить миссис Хоторн. У нее сложилось впечатление, что я послал ей цветы. Ты можешь в это поверить?

Конечно, могу. Потому что именно я оставила их у ее двери. Миссис Хоторн была новичком в нашем здании. Она переехала из своего огромного дома в Рочестере, когда умер ее муж, ведь ее дети завели собственные семьи и покинули дом.

— В любом случае, — усмехнулся он, — должно быть, я устал по дороге вниз и задремал. Извини. Я не хотел тебя беспокоить.

Я разрывалась между тем, чтобы позволить себе полностью сломаться перед ним и держать себя в руках ради него. Сжала его холодные щеки и наклонила его голову так, чтобы мы смотрели друг на друга. Мой отец всегда был крупным парнем. Он работал кровельщиком в Бруклине всю свою жизнь, пока рак не ворвался в нашу дверь. Но из-за болезни он стал тощим. Таким хрупким, что всякий раз, когда папа провожал меня до супермаркета, поддерживала его — человека, который нес меня на плечах, пока я не пошла в первый класс.

— Ох, малышка, ты шла за мной? — Папа всегда так говорил, когда ставил меня на землю.

Я всегда смеялась.

— Ты нес меня, глупышка!

— Хм... — Он гладил свой подбородок. — Правда? Ты легкая, как перышко.

Я помогла папе войти в нашу квартиру. Независимо от погоды здесь все равно почему-то было прохладно. Я играла в дурацкую игру с термостатом, пытаясь найти грань между разумным счетом за электричество и тем, чтобы не замерзнуть насмерть этой особенно холодной осенью. Как будто Нью-Йорк решил сделать нашу жизнь еще более трудной. Интересно, каково это быть Селианом, у которого в ванной, наверное, полы с подогревом и который никогда не испытывает дискомфорта?

Я размышляла о том, как могла бы выглядеть квартира моего босса, пока готовила папе куриный суп без курицы. Мы закончили вечер тем, что смотрели повтор «Субботним вечером в прямом эфире» под одеялами в гостиной. Кто-то может назвать печальным положением дел для женщины чуть старше двадцати, тусоваться с отцом в пятницу вечером, но я не могла придумать ничего лучше. Хотя мы оба молчали, я упивалась его присутствием, столь остро ощущая присутствие слона в комнате.

— Милтон тебя искал, — сказал папа, когда я встала и потянулась после окончания шоу.

Мое сердце пропустило удар. Бесчисленное количество раз я задавалась вопросом, не стоит ли предупредить Милтона о том, что мой отец не знает о нашем разрыве. Но поскольку он так активно искал меня, я решила, что разговор с ним, независимо от содержания, только поощрит его.