Коснулся щеки, вынужденный все же заставить девушку обратить на себя внимание. Какой же у нее все-таки взгляд…

– Наташа, пойдем, я покажу тебе твою комнату. Отдохнешь. Тебе нужно отдыхать.

Несколько секунд она смотрела на него, не мигая, и непонятно было – то ли слышит его, то ли нет. Но потом все же кивнула. И Глеб кивнул. Отчего-то довольный.

Несмотря на то, что над интерьером его квартиры поработал дизайнер, та все равно выглядела неуютно. В ней не было тепла, свойственного любому дому. Впрочем, не то чтобы Наташу волновал данный факт. Она и по сторонам не смотрела, как сделал бы на ее месте любой другой человек, впервые оказавшийся в новом месте.

– Я сейчас только кровать перестелю.

Все молча…

– Наташ, что-то не так? Ты скажи, потому что я не понимаю…

Она пошевелила губами, нервно провела по ним языком, как будто силилась что-то сказать."

"– Я… я теряюсь на новом месте. Мне… сложно в непривычной обстановке. Обычно мне удается с этим справляться. Я научилась, не подумайте! Но в последнее время мы с Кириллом так часто переезжали. Я, наверное, странная. Извините…

За что она извинялась? За то, что его сын таскал за собой жену, зная, как той тяжело это все дается?! Громов стиснул кулаки. Черт. Почему он об этом не подумал? Два переезда за последние сутки. Два…

– Тебе не за что извиняться. Просто… я хотел бы тебе помочь, но не знаю, как.

И снова она него уставилась, не мигая. Смочила языком губы.

– Все нормально. Я… скоро привыкну. Наверное…

Да твою же мать! А если нет?!

– Как мне тебе помочь? Хочешь, я тебе здесь все покажу?

– Может быть, позже, ладно? Я сейчас просто хочу отдохнуть.

– Да, конечно…

Больше ни слова не говоря, Громов лично перестелил кровать. У него отлично получалось – ни единой складочки, все ровно, как под линейку.

– Ложись… Я зайду чуть позже. Поужинаем, да?

– Хорошо, – едва слышно шепнула Наташа.

Громов вышел. Прикрыл осторожно дверь. Сунул руки в карманы брюк и поплелся в кухню. Пиджак он снял сразу по приезду, и теперь тот небрежно валялся на высоком барном стуле. Это был единственный предмет, лежавший не на своем месте. Глеб подхватил его и пошел к себе. Переодеться.

Часом позже привезли ужин. Звонок домофона прозвучал незнакомо и чужеродно. Громов даже не сразу разобрался, что это пищит. Он расплатился с посыльным, разложил на обеденном столе контейнеры и растерянно замер. Что дальше? Нерешительно помедлив, Глеб все же прошел в комнату, которая должна была служить ему кабинетом. Ввел пароль на компьютере и жадно уставился на экран. Чуть приблизил изображение. Наташа лежала на боку, как и тогда – в больнице, подложив под голову руку, и тихо плакала. Глеб дернулся. Свернул изображение. Растер лицо. Помедлил немного, но все же решительно встал и пошел к ней.