— И расширять, при необходимости. Но на окнах я держу прессы все время пока мы в комнате.

— Зачем? — удивленно посмотрела на меня Мальвина. — Дворец — самое охраняемое место в стране.

— В паре километров, от которого совершили теракт в результате чего погибло несколько тысяч человек. — заметил я, заставив Машку вздрогнуть. — Кто гарантирует что среди наших слуг не найдется фанатика? Или что промчавшийся над самыми водами залива самоубийца не влетит во дворец на полной скорости в шлюпе полном взрывчатки?

— И ты сможешь защитить нас от этого? — хмыкнув спросила Мария.

— Если заряд будет единичным — да.

— спокойно ответил я. — Конструкты разрушатся, но ударную волну отразят. Другое дело что под защитой у меня только наши покои. Растянуть щиты дальше — не выйдет. По крайней мере пока.

— Всё-таки я умница. — улыбнувшись проговорила Мальвина. — Такого муженька отхватила.

— Дабы успокоить мою гордость, давай признаем, что я был не сильно против. — усмехнулся я. — А лучше сойдемся на том, что это было обоюдное решение.

— Да сейчас, конечно. — фыркнула Мальвина, но затем посерьезнела. — Я должна тебе кое в чем признаться.

Ты самовлюбленный, эгоистичный, необразованный чурбан.

— И именно за это ты мной и заинтересовалась? — усмехнулся я.

— Нет. Заинтересовалась я тобой, потому что не сходились детали. — ответила Мальвина и надолго замолчала. — Если честно, я до конца не была уверена в правильности своей догадки, а ты лишь усложнял мне задачу. В ту новогоднюю елку… я помню, как стояла и думала, что делать? Сдать тебя отцу или забрать себе.

— Ну, благодарен тебе за верный выбор. — усмехнулся я, сев в кресло напротив и любуясь обнаженной девушкой. — В противном случае мне пришлось бы скрываться намного раньше, и без корабля.

— Можно подумать у тебя это вышло бы. — фыркнула Мальвина, но затем чуть нахмурилась. — Ты это серьезно?

— Абсолютно. С самого моего пробуждения я готовился к тому, что окажусь один. Но как-то так вышло, что выживать, прячась по подворотням, не пришлось. Хотя варианты просматривались разные. — сказал я, вспомнив собственные мысли после первых подстав и покушений. — Пусть с резонансом у меня стало более-менее хорошо только в последние полгода, но… скажем так у меня есть и другие врожденные таланты.

— Вот это-то и непонятно. Нет, понятно, что врожденные, но откуда? — подавшись вперед спросила Мария.

— Ты слышала о такой концепции как карма? — спросил я, решив начать очень издалека. — Некоторые народы верят, что есть вселенский баланс между добром и злом. Конечно, никто специально не считает сколько хороших или плохих поступков ты совершил, просто твоя душа склоняется… ну условно скажем к тьме и свету. Хотя может правильней было бы назвать это выбором между осознанностью и инстинктами.