Всякий раз, когда она это делает, она отключается на всю ночь.

Мой племянник Леви отправился с моим братом Джеймсом в путешествие в какое-то экзотическое место в Азии. Он также хотел взять Эйдена, но я отказал. Я не доверяю Джеймсу своего сына. Я также не доверяю ему его собственного сына. Вот почему я послал охрану присматривать за ними издалека на случай, если он слишком погрузится в свой чувственный мир и потеряет моего племянника.

— Войдите.

Дверь медленно открывается, и Эйден стоит на пороге, одетый в свою простую голубую пижаму, и смотрит на меня, хотя в его темно-серых глазах читается сомнение. Я научил его этому — никогда не смотреть вниз, никогда не опускать подбородок, всегда ходить с высоко поднятой головой. Он и Леви — будущее дома Кингов, и им не позволено быть слабыми.

Эйден моя точная копия, с точки зрения внешности. У нас одинаковый цвет глаз, хотя его глаза больше, как у его матери. Наши черные волосы похожи, хотя мои гуще. Его светлый оттенок кожи — это смесь между мной и Алисией.

Однако на этом сходство не заканчивается.

Мы оба тихие, но не спокойные. За фасадом скрывается целый мир — вселенная, которую мы держим исключительно для себя. У меня есть фотография, сделанная в его возрасте, и в моих глазах было то же самое выражение — сомнение во всем.

Эйден так отличается от Леви. В то время как мой племянник постоянно поощряется своим отцом быть хаотичным и говорить все, что у него на уме, Эйден предпочитает не говорить, если в этом нет крайней необходимости.

Откинувшись на спинку кресла, я пристально смотрю на него своим фирменным пустым взглядом.

— Ты должен быть в своей постели.

— Я не могу уснуть.

— Ложись в постель, закрывай глаза, и ты уснешь.

Он немного помолчал, а затем прошептал.

— Мама поет или читает для меня, когда я не могу уснуть.

— Твоя мама сегодня устала. Ей нужно было пораньше лечь спать. Я позвоню Марго, чтобы она могла почитать тебе.

Эйдену и Леви нравится наша экономка, потому что она готовит их любимую еду и балует их всеми возможными способами.

Он качает головой.

— Я не хочу Марго.

— Тогда чего ты хочешь?

Он смотрит на меня, сглатывает, и хотя ему почти столько же лет, сколько дочери Итана, я не могу не заметить, каким одиноким он выглядит сейчас по сравнению с ней.

Мой сын редко смеется или улыбается, но когда он это делает, то либо с Алисией, либо с Джеймсом. Забудьте о том, чтобы хихикать, как другие дети. Ему это чуждо.

— Ты можешь это сделать, папа?

Его голос такой тихий, что я слышу его только потому, что в кабинете жутко тихо.

Эйден не приходит ко мне, когда не может уснуть. Он идет либо к Алисии, либо к Джеймсу, либо к Марго.

Это впервые.

Я подумываю отправить его обратно в комнату с экономкой, но отчаянный взгляд его маленьких глаз останавливает меня.