Да, вот в этом пункте наш план откровенно хромал… Кто добежит первым — и хватит ли нам запаса в двести метров? Но и сделать ничего особо надёжнее мы уже не успевали…

Ночь мы провели в фермерском домике, а утром, чуть свет, отправились на реализацию самого важного — а заодно и самого рискованного — пункта нашего плана побега. Совершенно не героически покаюсь: я боялся и дрожал, как самый распоследний трус. Однако ни Рубари, ни Нанна, к счастью, не могли этого увидеть. Я сделал серьёзное и сосредоточенное лицо, чтобы ни один мелкий мускул не дрогнул. Одновременно я снова и снова прогонял наш план в голове — и с каждым разом он мне нравился всё меньше и меньше.

Хотелось бы доработать его, учесть все варианты…

У подъёмника мы остановились и молча посмотрели друг на друга.

— Повторяем ещё раз, — сказал я. — Рубари, ты идёшь к вышке, ждёшь сигнала от Нанны и начинаешь действовать. Нанна, ты следишь за мной, и как только я подниму вот эту тряпку над головой — подавай знак Рубари!

Тряпка была заткнута у меня за пояс — обычная белая тряпка. А ещё с собой был ломик, несколько мотков обычной верёвки (все альпинистские тросы мы уже израсходовали), ключи и отвёртки, ледоруб и… альпинистские колышки! Да, на всякий случай — мало ли что?

— Рубари, как увидишь сигнал — запускай сигналку на администрации порта и прячься на вышке.

Тебе главное — дождаться матку, а она прямо обязана на такой шум прийти и всё проверить.

— Не ув-рен! — скептически заметил Рубари, видимо, сомневаясь, что скамори вообще кому-то и что-то обязаны.

— Ладно, если она не приходит, тогда ты сам привлекаешь внимание скамори! — кивнул я.

 — Пусть попытаются до тебя добраться. Когда не доберутся, тогда и позовут свою мамашку. Как только она вылезет, я пробираюсь в храм и ищу логос. Как найду — отключаю, вешаю на спину вместе с подставкой и рву когти к скале. Я подам знак Нанне, а она — тебе. После этого мы вместе добираемся до троса и пытаемся подняться хотя бы до второй трещины в склоне.

Нанна и Рубари кивнули — мол, всё им понятно. Понятно им! Синхронисты хреновы!.. Мне самому ещё не всё понятно, а им — видите ли, понятно…

— Если я не успеваю вернуться, и Рубари приходит раньше — тогда поднимаешь только Рубари! — строго сказал я девочке, и та скорчила неодобрительную рожицу, будто съела что-то кислое.

 — Логос и себя любимого я как-нибудь постараюсь уберечь, а потом добраться до вас. В этом случае не уходите от подъёмника — обязательно дежурьте там. Можно на складе огонь развести. Что ещё?

— Ты з-был в-ч-ться л-тать! — ехидно заметил Рубари, помахав для наглядности руками, как крыльями.

— Всё, пошли!.. — обиженно буркнул я и кивнул Рубари на канат.