Ярость распространялась среди эмберитов, как степной пожар. Очень скоро о причине появления сыпи стало известно всем. Те, кто копал канавы, побросали лопаты. Сборщики фруктов валили лестницы на землю. В пекарне кто–то метнул ком теста в пекаря, в яичной лавке зашвырнули три яйца в стену. Чудовищный зуд распалял и без того кипящую ярость.

Эмбериты начали собираться на улицах — возмущение переполняло людей, и оно требовало выхода.

Дун прибежал с поля вместе с другими пострадавшими и влился в толпу в тот момент, когда над ней разнесся голос Тика:

— Они нас отравили! Как мы должны поступить с ними?

Ему ответил гул голосов, и Тик повторил вопрос еще громче:

— Так как мы должны с ними поступить?

На этот раз он получил ответ.

Послышался удар, звон разбивающегося стекла — кто–то бросил камень в окно ратуши. Раздались восторженные крики, эмбериты оглядывались в поисках камней. Новые удары и звон стекол.

Эмбериты принялись хватать вещи с лотков. Банка с джемом полетела над головами. Густые красные капли и осколки стекла долетели до Дуна. Он видел, как люди заталкивали в карманы оладьи, а Тик вскидывал руку с камнем, чтобы разбить стекло в ратуше.

Он видел, как, прикрывая голову руками, бежала мисс Торн, как сестры Хувер пятились в яичную лавку, стараясь вырваться из толпы, и внезапно испугался.

В это время из ратуши вышел Бен Барлоу.

— Остановите их! — прокричал он. — Остановите этих вандалов!

— Вы нас отравили! — крикнули из толпы. В Бена полетела картофелина, попала ему в живот, и он скорчился от боли.

Толпа заревела. И тут же прогремел голос Тика:

— Набивайте карманы! Набивайте карманы и убегайте!

С лотков все смели. Толпа рванула по улицам к дороге, проложенной вдоль реки.

Дун бежал со всеми и видел, как впереди, энергично помогая себе руками, помчался Тик.

«Теперь мы действительно воры и вандалы, — подумал Дун. — Мы поступили нехорошо? Или жители Искры получили по заслугам?»

В тот вечер Тик ходил по гостинице, стучался в двери и созывал эмберитов на собрание. Когда сумерки перешли в ночь, по подсчетам Дуна, как минимум сто человек собрались у поворота дороги. Дун увидел Чета, Джилла, Элли и Элвана из своего класса в школе Эмбера, людей, которых знал по работе на Трубопроводе, которых видел в магазинах Эмбера и многих других.

Почти все молчали, лишь немногие оживленно перешептывались, встав полукругом перед Тиком, который поднялся на пень. Рядом с Тиком стояла Лиззи. Луна светила Тику в затылок, так что лицо его оставалось в тени, а волосы отливали серебром.

— Итак, — заговорил Тик ровным голосом, — наше время пришло. Они трижды бросали нам вызов. Сегодня мы дали им понять, что больше не потерпим такого отношения к себе. Они должны знать, что их выходки не останутся безнаказанными.