Лина задумалась, хватило бы ей силы воли ответить добром на зло? Она чувствовала, что сейчас бы не хватило.

— Пора спать, — сказала Мэдди.

Лина укрылась с головой, но все еще слышала ветер и всхрапывания быков, шаги Каспара и его бормотание.

«Я хочу вернуться домой», — подумала она. И впервые перед ее мысленным взором возникли не темные знакомые здания Эмбера, а дома Искры под чистым, синим небом. Она подумала о доме доктора Эстер, о залитом солнцем огороде, о сотнях разных растений, за которыми ухаживала доктор. Она подумала о миссис Мердо, сидящей во дворе и греющейся на солнышке, о Поппи, играющей с ложкой рядом с ней.

Подумала даже о Торрене, гордо выкладывавшем на подоконник свои сокровища.

И разумеется, вспомнила Дуна. Так жалко, что он не сопровождал ее в этом путешествии. Будь он рядом, она бы так не боялась. Как же ей его недоставало! Может, когда она вернется в Искру, ему надоест общаться с этим парнем по имени Тик и он снова захочет стать ее другом.

ГЛАВА 21

Атака и контратака

Наутро после случая у фонтана Дун проснулся от шума под окном. Возмущенные голоса доносились от парадного входа.

Он выглянул из окна, но увидел только головы людей, столпившихся у ступеней. Спустившись вниз, даже не застегнув пуговицы рубашки, он увидел груду мусора на ступенях. Сгнившие овощи, грязные тряпки, поверх них — блестящие зеленые листья какого–то растения, сорняки, выдернутые с корнями.

Дун смотрел на эту кучу, и ему стало дурно, как в тот момент, когда он увидел черные надписи на стене. Дун почувствовал, что тот, кто это сделал, ненавидел эмберитов вообще, а его — в особенности, потому что это действие означало месть.

Дун вышел на поле.

Клэри стояла на ступеньках и смотрела на кучу.

— Почему они поверх мусора набросали листья? И все одинаковые. — Она подняла стебель с несколькими листочками, какой–то вьюн, потерла листок пальцами, понюхала. — Странно.

Эмбериты были расстроенны и не очень обращали внимание на содержимое мусорной кучи. Сквозь гул сердитых голосов прорвался один громкий, решительный:

— Это переходит все границы!

Дун не сомневался, что это был Тик. К нему присоединился пронзительный женский голос:

— Я их ненавижу! Я их ненавижу! Лиззи, подумал Дун, и точно, он увидел ее рядом с Тиком, отмывающую туфли от налипшей грязи в ведре с водой.

Затем Тик поднялся на ступени и хлопнул в ладоши.

— Прошу внимания! — крикнул он. — Нам снова нанесли обиду. Ударили больнее, чем в прошлый раз. От этого оскорбления кровь каждого из нас кипит от ярости. Но сейчас мы можем сделать только одно — убрать всю эту мерзость с нашего крыльца. Давайте этим и займемся.

Все стали собирать мусор, складывали его в ведра и уносили к кустам. Потом принесли из реки воду и смыли грязь со ступеней.