Невозможно передать словами то выражение, что обрело лицо лорда Гордана.

Добила его Бетси, сбежавшая по ступеням вниз с охапкой свечей в руках и моей тетрадью с записями. Тетрадь она передала мне, свечи бросилась расставлять сама, уверенно и решительно, так что даже непосвященному стало бы ясно – она делает это не в первый раз. Далеко не в первый. И лорд Гордан перевел потрясенный взгляд на меня.

– Будет больно, – все, что я могла сказать ему.

– Остановитесь, Анабель, – напряженно попросил он.

Могла ли я остановиться?

– Volant! – Заклинание левитации подняло дракона и опустило в центре уже существенно оплавленного камня-основания.

Я подумала, что лорду Гордану следовало бы раздеться, но с другой стороны – я не была уверена, что сумею удерживать одновременно два заклинания, а потому о сохранности его одеяния решено было не думать.

– Вы рискуете! – с отчаянием воскликнул полицейский.

– Я знаю… – едва слышно ответила ему.

И, вдохнув, произнесла на выдохе, наполняя заклинание всей своей силой:

– Transformatio!

И чудовищный рык вырвался откуда-то глубоко из горла лорда Гордана. Рык, рев и снова рык. Содрогнулись стены подземелья, затрещали свечи, с изумлением воззрились на молодого полицейского мои домочадцы и доктор Эньо. Такой мощи, такой первобытной силы, такого уровня сопротивления заподозрить в худощавом молодом мужчине было бы сложно, но я ожидала примерно этого.

– Potest!

И Гордан упал на камень-основание, хватая воздух ртом и слыша треск собственного позвоночника. К сожалению, его тело желало пройти трансформацию по уже известному пути, опираясь на возможности оборотней, мне же необходимо было пробудить возможности дракона. И пробудить, игнорируя очевидное желание дракона не перерождаться.

И едва лорд Гордан, справившись с приступом, открыл рот, чтобы призвать свою магию и остановить меня, я вновь безжалостно произнесла:

– Transformatio!

И рык, исторгнутый глубинами его диафрагмы, едва не затушил огонь свечей, но напрягло меня вовсе не это – я помнила, что происходило с лордом Арнелом и как его тело начало покрываться черной чешуей, вот только лицо лорда Гордана начала покрывать вовсе не чешуя, а шерсть!

– Potest! – мой крик оглушил даже меня.

Но это не подействовало. Ни Potest, ни повторное использование этого же заклинания. Тело Гордана, казалось, рвалось, как и его одежда, позвоночник неестественно выгибался, одна рука начала превращаться в лапу Зверя, еще только призрачно, но уже формируясь, угрожающе изогнулся в воздухе над ним ядовитый хвост."

"– Vetitum! – Я выложилась на заклинании запрещения столь сильно, что рухнула на колени, но оно подействовало.