– Боюсь, это будет затруднительно, – произнес лорд Гордан. – Леди Арнел, как вы понимаете…

– Нет, – я гневно посмотрела в его нечеловеческие глаза, – я этого не понимаю! Было совершено преступление. И за преступлением обязано последовать наказание. Лорд Гордан, Вестернадан – часть империи, а империя – правовое государство. И, поверьте, я сделаю все, чтобы это дело дошло до суда!

Шумно отхлебнув чаю, доктор Эньо сказал:

– Я в деле. Леди Беллатрикс я знаю с самого момента ее рождения, по этой причине, и ауру, как вы понимаете, определил с легкостью. Таким образом…

Внезапно лорд Гордан вскинул руку, щелкнул пальцами, и в тот же миг всех нас – меня, сидящую на краешке дивана, доктора Эньо, мистера Эйвенера и самого младшего следователя окутало призмой звукоизолирующего купола.

И вот тогда полицейский отбросил ненужные попытки сохранять приличия.

– Мисс Ваерти, что вы творите? – сорвался почти на крик лорд Гордан. – Вы забыли, где вы? Вы забыли, кто правит на Железной Горе? Так я вам напомню – драконы!

И, противореча собственным словам, он повернулся к переставшему пить чай и так и застывшему с блюдцем и чашечкой в руках врачу, и прошипел:

– Доктор Эньо, а вы осознаете, что вы сейчас сказали?! Вы осознаете, что словами о возможности определения ауры Беллатрикс Арнел вы сейчас подписали себе смертный приговор?!

Лорд Гордан прошел к дивану, рухнул возле меня, сжал голову руками и простонал:

– Безумцы! Вы все – безумцы с ярко выраженным желанием лишиться жизни в самое ближайшее время!

Он растер лицо ладонями, вскинул голову, оглядел всех нас (я, признаться, несколько испугавшись, с дивана поднялась и теперь тоже стояла) и тихо сказал:

– Это Арнелы. Как же вы не понимаете? Это Арнелы! Это мощь, громада и основа! И не нужно ошибочно полагать, что вы живете в правовом государстве, это не так. Вы находитесь на территории Арнелов. И если вашу выходку с фейерверком вам еще простили, мисс Ваерти, то требование суда над Беллатрикс Арнел вам не простят!

Доктор Эньо тяжело вздохнул и произнес:

– Молодой дракон, мне кажется, вы сильно сгущаете краски.

– Преступление не должно оставаться безнаказанным, – поддержал врача мистер Эйвенер.

И тогда лорд Гордан с болью посмотрел на меня. И я видела, что он переживает, искренне переживает за меня, но…

– У меня личные счеты к леди Беллатрикс Стентон-Арнел, – тихо призналась ему. – Одного дракона она уже практически убила и не понесла за это никакого наказания. Я негодовала тогда, но профессор Стентон запретил обращаться в полицию. Теперь мальчик семейства Верг. Единственный ли? И для чего он потребовался леди Беллатрикс? Нет, лорд Гордан, не смотрите на меня так, я не отступлю и не испугаюсь.

Сколько боли было в его глазах. Сколько горечи. Сколько сожаления.