Распахнув дверь, я испуганно отшатнулась – на пороге стояла пожилая женщина, одетая в черный плащ. Ее изрезанное морщинами лицо было измождено, в запавших глазах светилось отчаяние, а седые волосы были растрепаны. Она открыла рот, силясь что-то сказать, но не издала и звука.

Я выровняла дыхание, пытаясь угомонить бешено стучащее сердце. Наверное, она хочет попросить милостыню. Но как она забралась так далеко от города?!

– Подождите, мне нужно взять монетку…

Старуха судорожно замычала и вдруг сунула мне что-то в руки. Что это? Портрет! На крохотном клочке бумаги была изображена миловидная девушка: пышные темные волосы обрамляли круглое лицо, губы были изогнуты в хитрой улыбке.

– Лили… доч…ка, – прохрипела старуха.

Спину обдало холодом. Да это ведь мать пропавшей Лили! Предыдущей горничной! Именно эту женщину я и видела стоящей недалеко от особняка.

– Простите, Лили здесь нет. Я не знаю, где она…

Я попыталась отдать ее портрет, но она покачала головой. Ее полубезумные глаза из-под седой челки заставили меня поежиться.

– А у Лили были сережки с изумрудами? – озарило меня.

Вид у женщины был небогатый.

Может, продав драгоценности, она сможет как-то наладить свою жизнь?

– Сережки? Маленькие… – закивала старуха."

"Я не вполне была уверена, что она поняла меня, но все-таки решила показать ей находку, про которую совсем забыла.

– Подождите здесь!

Дверь пришлось закрыть. Вряд ли бы Рэнфорду понравилось, что мать Лили расхаживает по его дому. Он вообще не любил говорить о прошлой горничной.

В доме было тихо, и я взлетела по лестнице. В моей спальне было пусто, Эми и Оливер сидели в библиотеке. Вот и хорошо, не придется объяснять, что это за серьги.

Опустившись на колени, я залезла под кровать и нащупала доску, скрывающую тайник. Отодвинув ее, засунула руку и нахмурилась. Внутри было пусто. Но где же шкатулка? Она точно была здесь! Я прощупала остальные доски в надежде, что перепутала, но все тщетно. Шкатулка исчезла.

Может, ее нашла Эми? Я была уверена, что сестра рассказала бы мне об этом, но все-таки зашла в библиотеку. В ответ на мой вопрос девочка недоуменно покачала головой, и я поняла – она не лжет.

Расстроенная, я вернулась в холл, чувствуя угрызения совести. Мать Лили думает, что я передам ей сережки дочери, хоть какую-то память… Я нашла на бюро медную монетку и сжала ее в ладони.

Нехорошо откупаться деньгами, но отпустить ее просто так я не могла.

Однако открыв дверь, я обнаружила, что крыльцо пусто. Где же она? Вплоть до самой кромки леса я никого не видела. Может, она обошла дом? Я приблизилась к порогу, и запястье обожгло болью – метка на мгновение вспыхнула, давая понять, что меня ждет, если я переступлю порог.

Отшатнувшись, я сникла. Возможно, эта женщина придет еще раз.