Будто бы сам мир говорил мне о том, как же мне не повезло быть всего-навсего маленькой девочкой, когда вокруг столько всего интересного!

Друид быстрым шагом пошел по одной из троп, ведущей вглубь леса. Темп его ходьбы выдавал в нем лесного жителя, давно знакомого с местными лабиринтами гигантских деревьев и прекрасно в них ориентирующегося. Мне же было сложнее — короткие детские ноги не могли поспеть за взрослым, сильным мужчиной, и в конце концов я, быстро семеня ножками, догнала его и взяла за палец.

— Слишком быстро, Хьялдур!

Друид рассмеялся, но палец вырывать из моей, как мне казалось, крепкой хватки не стал.

Держась вместе, мы шли уже в более спокойном и умиротворенном темпе. Мне все-равно было трудно поспевать за моим проводником, но он старался идти медленно. Впрочем, мне на скорость уже было плевать, и я лишь жадно пожирала глазами лес, огромной зеленой тюрьмой выросший вокруг меня."

"Огромные хвойные деревья почти не пропускали свет, и вокруг царил загадочный, в какой-то мере даже волшебный полумрак. Густая низкая северная трава, бурно растущая под ногами, казалась мне голубой, холодной, как край, в котором она росла.

А чем дальше всматриваешься в гущу огромных темных стволов, тем сильнее сгущается туман, скрывая от взора то, что должно остаться тайной.

— Когда-то давно… — прокашлявшись, начал друид, выводя меня из транса. — В этих местах был лишь белый снег и голые камни.

Вторя его словам, подул прохладный ветер. Он завывал, гуляя между деревьев, заставляя их утробно скрипеть. Голубая трава под ногами колыхалась волнами, переливаясь всеми оттенками синего и зеленого.

— И пришли сюда люди из далеких земель. Из страны с солнечным песком, жарким небом и горячими ветрами.

То были несчастные, бежавшие от великой войны, несущей за собой одну лишь смерть.

Мы остановились. Я заметила, что тропа обрывается, и дальше путь лежит только в дикую, необузданную чащобу. Где-то вдалеке впереди сверкали тусклые бледно-желтые огоньки, петляющие меж деревьев и исчезающие в волнах травы.

— И те люди были нашими предками. Темнокожие, с черными волосами и глазами прямо как у тебя, Майя. То был слабый род — они привыкли к легкой жизни с цветущими садами, вечным летом и миром, продлившимся тысячу лет.

Поэтому они бежали и не смогли отстоять то, что принадлежало им по праву рождения, — он прервал свой рассказ и ласково потрепал меня по макушке. — Зайдем дальше в лес, вороненок?

— Да! — с нескрываемой радостью воскликнула я и уверенно кивнула.

И мы пошли.

Трава была колючая и по-настоящему холодная. Готова поклясться, что несмотря на теплое лето, она была покрыта инеем. Будто сверкающие снежинки, она ласково и звонко шуршала под ногами, а по высоте она едва доставала мне до пояса.