— Моя фамилия — Карелла, — спокойно поправил его Карелла. — Так был ли какой-нибудь акцент у того, кто разговаривал с вами по телефону?

* * *Рейнольдс сидел на краю кровати и откровенно плакал, время от времени сокрушенно покачивая головой. Мейер глядел на него, закусив губу и с трудом удерживаясь от того, чтобы не обнять этого несчастного за плечи и не приняться говорить ему слова утешения, уговаривая его, что все утрясется и закончится благополучно. Он не мог этого сделать, ибо по горькому опыту знал, насколько непредсказуемы бывают действия похитителей — мальчик, например, может быть убит еще до того, как похитители сообщат о содеянном. А в данном конкретном похищении имелась и дополнительная опасность из-за совершенной преступниками ошибки. Какова будет реакция этих подонков, когда они вдруг обнаружат, что похитили не того ребенка? Поэтому он не мог обнадеживать Рейнольдса, а мог только задавать тому вопросы, вопросы, уже давно выученные им назубок, смутно надеясь при этом, что они не покажутся полной бессмыслицей убитому горем отцу.

— Назовите полное имя мальчика, мистер Рейнольдс.

— Джеффри. Джеффри.

— А второе имя?

— Мы ему второго не давали.

— Сколько ему лет, мистер Рейнольдс?

— Восемь.

— Дата его рождения?

— Девятое сентября.

— Значит, ему только что исполнилось восемь, правильно?

— Да. Только исполнилось восемь лет.

— А какой у него рост, мистер Рейнольдс?

— Я… — Рейнольдс растерянно умолк. — Он… Нет, я не знаю. Я никогда… Да кто же меряет своих детей? Разве хоть кто-нибудь может предположить, что произойдет такое…

— Ну, хотя бы приблизительно, мистер Рейнольдс! Три фута? Четыре?

— Не знаю, не знаю!

— Ну, давайте так — в этом возрасте рост колеблется между четырьмя и четырьмя с половиной футами. А он у вас нормального роста, правда, мистер Рейнольдс?

— Да. Может быть, чуть повыше. Он очень красивый мальчик. Он был высоким для своего возраста.

— А какой у него вес, мистер Рейнольдс?

— Я не знаю. — Мейер вздохнул.

— А какая у него комплекция? Он толстый? Средний? Худой?

— Он стройный мальчик. Он не толстый и не худой. Просто… ну, что я могу сказать — он был нормальным для мальчика его возраста.

— А внешне он как выглядел? Румяный? Болезненный? Бледный?

— Не знаю.

— Ну, что — он был черноволосым и смуглым?

— Нет, нет. У него белокурые волосы и очень светлая кожа. Вы об этом спрашиваете?

— Да, спасибо. Светлый, — сказал Мейер и сделал соответствующую запись. — Волосы светлые, — он выдержал небольшую паузу и задал следующий вопрос. — А какого цвета у него глаза, мистер Рейнольдс?

— Вы вернете его мне? — совершенно неожиданно спросил Рейнольдс.

Мейер оторвался от записей.

— Мы попытаемся, — сказал он.