Виктория, невероятно милая в своей обретенной в новой компании непосредственности, лишь улыбнулась.

— Братик, — прищурилась она, заставив родичей вздрогнуть от такого легкого и неформального обращения, а гвардейца осознать, почему именно он только что был повышен в уровне допуска. — А ты бы поверил?

«Уралец» застыл. Бросил взгляд на отца. Тот помочь ничем не мог. Просто в курсе не был договоренностей сына с Волконским. Сам же Павел только сохранял завидное спокойствие.

— Я бы поверил словам представителя Великого клана, — наконец нашелся что ответить Игнат.

Как ему казалось, в мире, где усомниться в словах собеседника — фактически объявить тому войну, иной трактовки и быть не может!

Виктория кивнула. Словно в подобном ответе и не сомневалась.

— Но не лучше ли все увидеть самому? — с легкой подначкой в голосе, попросту невозможной на встрече такого уровня, уточнила девушка.

Молодой Глава задумался. Ненадолго. Уже через три секунды он честно признался себе: ему чертовски хочется увидеть, как родная сестренка, прозванная за воинствующую капризность «принцесской», своими руками приготовит сырники!

— Да, так будет лучше! — кивнул сдержанно Юсупов.

Воевода же в разговоре не участвовал, наблюдая за своими детьми чуть со стороны.

— Тогда почему стоишь? — улыбнулась девушка. — Давай пакет с мукой.

Игнат растерялся. Вика указала пальцами. И тут же негромко позвала:

— Отец!..

К таинству появления сырников на свет она планировала привлечь всех, кто попадется под руку!

Глава 28

Глава 28

— Необычное чувство, — признал Игнат, с легким удивлением скосив взгляд на собственный живот."

"Он уже давно махнул рукой на клановый этикет. Как в том лесу, когда яроволосая красотка едва не сломала ему руку. Кстати, ее он несколько раз на этой базе уже видел. Например, когда та попыталась утянуть пару сырников едва ли не из-под носа сестры, за что и огребла в полной мере.

Что именно выдала «принцесска», молодой Глава Юсуповых не услышал. Но вот как кое-кто получил по рукам вполне себе явный шлепок, увидел прекрасно. Впрочем, и ярковолосая красотка внакладе не осталась — один сырник она точено утянула!

— Это называется «объелся», — просветил Павел, развалившийся на самой обычной скамеечке, установленной в курилке летного состава.

«На воздух» предложил выйти именно он.

— Да? — удивленно поднял брови Юсупов, но тут же был вынужден признать, что против ощущений не попрешь — действительно съел больше чем мог, но меньше, чем хотелось бы. — Никогда бы не подумал, что моя сестра способна сотворить такое чудо!

Волконский хмыкнул.