Буду готовы поставить оговоренный объем в рамках виры и со скидкой в тридцать процентов еще три лодки и один катер. В течение трех дней.

Павел кивнул. Срок был — три месяца. С момента их рыбалки минули двадцать восемь дней. То есть, «заказ» он пустил в работу едва ли не в тот же день. Не сомневался в его силах? Хм…

— Замечательно, — откинулся на спинку скамейки Волконский, прикрывая глаза…

… Чтобы не видеть заинтересованного взгляда собеседника. Тому явно очень хотелось разузнать, как именно удается Павлу «отбиваться» от его сестры, а также продолжить беседу о канцеляристке.

Но вслух Игнат произнес совершенно иное:

— Готов обсудить комплектование плавсредств личным составом для формирования ядра и обучение инструкторов для подготовки лояльных исключительно Волконским.

— Волконскому, — уточнил клановец веско.

Ремарка была куда серьезнее, чем могло показаться человеку несведущему.

'Он хоть и брал не так давно на себя обязанности кризисного управляющего кланом, но все еще отделяет свою Ветвь от Волконских. Не противостоит им. Но дистанция еще чувствуется.

— Я понял, — коротко отозвался Юсупов и глянул на собеседника.

Мол, а само предложение тебе как?

— Спасибо, Игнат, — ответил Павел негромко. — Однако специалисты у меня имеются. Как для выполнения ближайших задач, так и для подготовки бойцов.

Клановец взглянул на часы и продолжил:

— И да, нам нужно возвращаться.

«Уралец» кивнул.

— Думаешь, без нас переругаются? — негромко спросил он."

"— Судя по часам, уже должна быть готова следующая порция сырников. Если не поторопимся — съедят.

Игнат прислушался к собственным сообщениям. Организм ясно давал понять, что он не только способен съесть еще, но и просто жаждет этого.

— Нет, ну кто бы мог подумать, — покачал головой молодой Глава, поднимаясь со скамейки, и бодро зашагал вслед за Волконским.

* * *В то же время. Одно из административных зданий Красноуральска.

— Вы ошиблись, менеджер Ян.

Неприметный мужчина чуть восточной наружности удобно устроился в кресле, изучая обязательный в государственных учреждениях портрет императора.

— Простите, господин Лю, — резко сломался в поклоне хозяин кабинета, вынужденный мяться, как школьник, пойманный за сигаретой напротив собственного же стола.

Вот только грозил ему сейчас вовсе не выговор от директора. На кону стояла жизнь.

Мужчина в кресле отвечать не торопился. Все продолжал созерцать портрет. тяжелое молчание длилось довольно долго. Казалось, ему скучно. Смертельно. Он как будто решал, хочет ли слышать оправдания напортачившего «менеджера».

Служебный долг победил.

— Говори, — потребовал он, развернувшись спиной к собеседнику.

Большую часть Лю Фэн уже знал. Получивший задачу надавить на Волконского менеджер совершил целых три ошибки.