Я удивилась:

– Кто мог обнаружить останки, если люди в этой местности не бывают?

Потапов открыл рот, но его опередила Ушакова:

– Отец Филиппа ценил тишину, поэтому возвел дачу подальше от деревни. Но до нее всего километр-два. Река, на берегах которой народ живет, узкая. Единственное широкое место, типа запруды, здесь неподалеку. Дачники и местные через лесок туда идут. Петр Филиппович воспользовался своими знакомствами среди местного начальства и присоединил к участку кусок леса. Незаконное дело, но БТИ его одобрило. Захваченную землю старший Зеленов огородил забором до неба. Те, кто желает купаться, проходят далеко от фазенды. Их не видно и не слышно. Филипп плавать не ходил, брезговал. Как он на той тропинке очутился?

– Его не люди нашли. Опера территорию осматривали. Собака взяла след, привела их к разрытой могиле, – сказал Михаил, – около нее обнаружили Зеленова.

– Там кто-то похоронен? – прошептала Ушакова. – Да?

Глава 26

Когда мы ехали назад в Москву, Ксения Львовна монотонно повторяла:

– Я не верила. Не хотела верить. Майя постоянно кричала: «Фил убил сестру». Но я думала, что она просто терпеть не может сына, вот и обвиняет его во всех грехах. А он убил Флору. Убил сестру. Флору убил.

Вульф попытался купировать истерику Ксении.

– У нас нет никаких доказательств того, что ваш двоюродный брат лишил жизни девушку.

– Зачем он пошел в лес? Зачем? Зачем? – бубнила Ушакова. – Зачем?

Потапов тоже решил ее успокоить:

– Тело Зеленова нашли около разрытой могилы, но это не значит, что Филипп Петрович преступник. И нет уверенности в том, что останки, найденные сегодня, принадлежат Флоре.

Ксения замолчала, мы тоже не говорили. В полной тишине наша компания добралась до офиса и поднялась на свой этаж.

– Неплохо бы кофейку хлебнуть, – заметил Потапов.

Я поспешила к машинке.

– Сейчас сделаю. Эспрессо? Ксения Львовна, вам капучино?

– У меня лишь одно желание, – заявила Ушакова, – повеситься.

– У нас вкусное печенье, булочки, – начала перечислять я.

Ушакова схватилась за горло.

– Меня тошнит, мне надо в туалет!

Последние слова наша клиентка выпалила, выскакивая в коридор.

Костин взял трубку.

– Зайди быстро.

Через секунду в помещении материализовалась секретарша.

– Карина, Ушаковой нехорошо, – сказал Володя, – сейчас она в сортире. Когда выйдет, устрой ее в комнате отдыха, позови врача. Возможно, у нее подскочило давление. Захочет вернуться к нам, задержи ее под любым предлогом. Надо кое-что без Ксении Львовны обсудить.

– Поняла, – коротко ответила Георгиева и исчезла.

Макс посмотрел ей вслед.

– Хорошая девушка, исполнительная, неболтливая.

– А где Баранова? – наконец-то догадалась спросить я.