— Ты имеешь в виду ту самую Елену? Троянскую?

Аннабет кивнула.

Вдруг Пайпер подумала, что такой нож нужно держать в руках, одетых в хирургические перчатки.

— И он просто так лежит у тебя в сарае?

— Ну, у нас тут полно всякой древнегреческой ерунды. Это же не музей. Оружие такого рода — оно для того, чтобы им пользоваться. Это наследство полубогов, то есть наше. Между прочим, свадебный подарок Менелая — первого мужа Елены. Она назвала этот нож Катоптрис.

— И что это значит?

— «Зеркало». Видимо, потому, что Елена и пользовалась им только как зеркалом. Не думаю, что он когда-либо был в сражении.

Пайпер снова посмотрела на клинок. На мгновение она увидела там себя, но потом отражение изменилось. Появились языки пламени и какое-то причудливое лицо, словно высеченное из камня. Она услышала тот же смех, что звучал и в ее сне. И увидела своего отца в цепях, привязанного к столбу перед ревущим костром."

"Она уронила клинок.

— Пайпер? Что с тобой? — Аннабет обернулась и окликнула отпрысков Аполлона на площадке. — Эй, врачеватели! Мне тут нужна помощь!

— Нет, я… ничего, — выдавила из себя Пайпер.

— Ты уверена?

— Да. Я только… — Пайпер заставила себя успокоиться. Дрожащими руками она подняла кинжал. — Слишком много впечатлений. Столько всего случилось сегодня… Но я хотела бы оставить нож себе, если можно.

Аннабет задумалась, потом махнула ребятам Аполлона — мол, все нормально.

— Ну, если ты уверена… Ты так сильно побледнела. Я подумала, у тебя приступ или еще что.

— Я в порядке, — заверила Пайпер, хотя сердце у нее бешено колотилось. — А тут, в лагере, есть… телефон? Могу я позвонить отцу?

Серые глаза Аннабет завораживали Пайпер так же, как и клинок. Аннабет словно просчитывала миллион вариантов, пыталась прочесть мысли Пайпер.

— Нам не разрешается звонить по телефону, — сказала она. — Большинство полубогов, пользуясь сотовым, обнаруживают себя перед монстрами. Но… у меня есть телефон. — Она вытащила из кармана мобильник. — Вроде как против правил, но если это останется между нами…

Пайпер с благодарностью взяла телефон, стараясь скрыть дрожь в пальцах. Отойдя от Аннабет, она отвернулась. Набрала номер отца, хотя и знала, что произойдет. Голосовая почта. После того сна она три дня пыталась до него дозвониться. В «Школе джунглей» звонки разрешались только раз в день. Она звонила по вечерам — и в пустоту.

Она неохотно набрала другой номер. Личная помощница ее отца ответила сразу же:

— Офис мистера Маклина.

— Джейн, — сказала Пайпер, напрягшись. — Где мой отец?

Джейн помолчала секунду-другую, вероятно прикидывая, сможет ли она уйти от разговора, просто повесив трубку.

— Пайпер, я думала, что вам из школы звонить не разрешается.

— Может, я не в школе, — сказала Пайпер.