Мы обыскали весь лагерь. Мы связались с его матерью. Мы пытались найти его всеми способами, какие нам доступны. Ничего. Он просто исчез.

Пайпер подумала: «Три дня назад». Именно в ту ночь ей приснился сон.

— А давно вы вместе?

— С августа, — ответила Аннабет. — С восемнадцатого августа.

— Почти в это же время я встретила Джейсона, — сказала Пайпер. — Но мы пробыли вместе всего несколько недель.

— Пайпер… — Аннабет наморщила лоб. — Что касается этого… Может, ты лучше сядешь?

Пайпер понимала, к чему идет дело. В ней нарастала паника, словно легкие у нее наполнялись водой.

— Слушай, я знаю, что Джейсон считает… он считает, будто только сегодня появился в нашей школе. Но это не так. Я уже четыре месяца с ним знакома.

— Пайпер, — печально сказала Аннабет. — Это туман.

— Что-что?

— Туман. Это что-то вроде занавеса, который отделяет мир смертных от волшебного мира. Мозги смертных — они не могут осознать такие невероятные вещи, как боги и монстры, и поэтому туман искривляет реальность. Он делает людей и события такими, чтобы они были понятны разуму смертных… ну вот, например, они совсем не видят эту долину. Или они посмотрят на дракона, а им будет казаться, что это бухта провода.

Пайпер судорожно сглотнула.

— Но, ты сама сказала, что я не из обычных смертных. Я полубогиня.

— Туман влияет даже на полубогов. Я это много раз видела. Монстры просачиваются куда-нибудь, скажем в школу, выдают себя за нормальных людей, и все начинают думать, будто они давно знакомы с этим человеком. Они верят, что он тут всегда был. Туман может изменять воспоминания, он может даже создавать воспоминания о том, чего никогда и не было…

— Но Джейсон-то не монстр! — гнула свое Пайпер. — Он человек, или полубог, или как уж это у вас называется. Мои воспоминания настоящие. Не выдуманные. Я помню, как мы подожгли штаны тренера Хеджа. Помню, как мы с Джейсоном наблюдали метеоритный дождь с крыши общежития и наконец этот дурачок все-таки поцеловал меня…

Она вдруг разговорилась — стала рассказывать Аннабет про весь семестр в «Школе джунглей». Джейсон ей сразу же понравился. Он был с ней таким милым, таким терпеливым, он даже с гиперактивным Лео уживался и не обращал внимания на его глупые шутки. Джейсон принял ее такой, какая она есть, а не судил по тем глупостям, что о ней говорили. Они болтали целыми часами, смотрели на звезды и в конечном счете — наконец! — стали держаться за руки. Все это не могло быть обманом.

Аннабет скривила губы:

— Пайпер, твои воспоминания гораздо ярче, чем у многих других. Я это готова признать, и я не понимаю, почему так. Но если ты так хорошо его знаешь…

— Знаю!

— …то скажи, откуда он.

Пайпер показалось, что ей заехали кулаком между глаз.