Мысль о том, что когда-нибудь она ему надоест и он начнет с тем же рвением гоняться за другими, представлялась ему дикой."
"И привыкания никакого не наступало. Иногда он почитывал женские журналы, которые Ольга бросала на пол возле кровати, и из этих журналов ему было известно, что секс, а тем более супружеский, особенно многолетний, требует разнообразия и тонкости подхода. Советов, которые давались для того, чтобы разнообразить секс и сделать его более тонким, он вообще не понимал. Нет, наверное, отлично, если жена встречает тебя с работы в пеньюаре, искусно сотканном из лепестков роз, на столе горят свечи, что автоматически означает не просто ужин, а романтический ужин, и в ванне плавает — нет, не оживший карп из гастронома, а цветок лаванды! Наверное, отлично, если жена, предварительно освоив на специальных курсах процедуру тайского — или китайского! — массажа, станет растирать подогретым маслом усталые мускулы любимого, а потом подаст ему чай, предварительно освоив чайную церемонию на специальных курсах для гейш.
Пилюгин читал, все ему нравилось — и массаж, и свечи, и лаванда, и шале, — только, на его взгляд, это не имело никакого отношения к жизни!.. Какой пеньюар из роз, если Степка, как только отец открывает дверь, начинает канючить, что не может справиться с химией, а Растрепка сует ему исчирканные цветными карандашами листки и объясняет, что «это Степа, это бабушка, а вот это, синее с красным, ты, папочка!».
Была еще одна загвоздка.
Дмитрий Пилюгин не осознавал до конца, в чем тут дело, но ему одинаково нравилось в постели, засыпанной розовыми лепестками, в постели, застеленной обычной простыней, и на лесной опушке, где когда-то собирали землянику, — именно там в джинсы ему поналезли муравьи, и они с Ольгой потом долго их вытряхивали и так до конца и не вытряхнули. Муравьи кусались до самого дома, Пилюгин подпрыгивал за рулем, и машина продвигалась вперед скачками.


















Комментарии
Добавить комментарий