— Зачем?

— Чтобы найти человека, который на тебя напал."

"— А-а. Ну, вряд ли Кузя с кем-то обсуждал свои любовные похождения. У него и похождений никаких не было!

— Постой, а ты?.. То есть вы с ним?.. Разве вы с ним… не были?..

Арина смотрела на Хохлова, ожидая продолжения, а он все никак не мог выговорить, что именно «она с ним» и как именно «она с ним»!

В конце концов Родионовна сообразила. Могла бы и быстрей сообразить!..

— Мить, я тебя не поняла, — сказала она совершенно спокойно. — Нет, мы с Кузей не были любовниками. Он мне на днях предложение сделал, и все. Как будто… экзамен сдал.

Сдал и забыл. Он вовсе не собирался со мной спать. Мы посидели, как обычно, кофе выпили, и он ушел. Вот и все предложение.

— И ты с ним не спала? — уточнил Хохлов, решивший было, что от сильного стресса и переживаний она городит какую-то чушь.

— Да нет, Мить, — ответила она устало. — Мы вообще об этом не думали! Я думала: вот выйду за него, будет у меня ребенок, а больше ничего мне не надо. Я решила: раз у него сын есть, значит, с Кузей все в порядке, ну, в этом плане. Правильно?

Хохлов тоже пожал плечами и от души выдал то, что думал уже давно:

— Бред!

Он походил по комнате, переступая через вывороченные из ящиков вещи.

При этом он фыркал себе под нос и пожимал плечами.

— Ну, если ты с ним не спала, — грубо сказал он, — с чего этот тип, который на тебя напал, решил, что ты его любовница?!

— Я не знаю.

— Нет, ну рассуди логически! Если ты с ним не спала, значит, он не был твоим любовником, тогда почему какой-то бандит решил?..

— Митя, не знаю я!

До этой секунды она не плакала, а тут вдруг залилась крупными, горькими девчачьими слезами, и Хохлов моментально почувствовал себя хамом и недоумком.

Он оттого чувствовал себя хамом и недоумком, что ему очень жалко было Родионовну, и он ругал себя за то, что она попала в такую передрягу!

Они все попали в передрягу, и было совершенно непонятно, как им теперь из нее выбираться.

Когда он вбежал в распахнутую настежь дверь ее квартиры и увидел ее на полу, привалившуюся к дивану, со связанными руками и ногами и разбитой нижней губой, ему стало дурно.

Как в кино.

Все поплыло у него перед глазами, в голове разлилась темнота, и ему пришлось присесть рядом со связанной Родионовной, чтобы не упасть в обморок.

Хохлов раньше не знал, как люди падают в обморок, а теперь узнал. Потом он быстро сбегал на кухню за ножом и перерезал ленту.

Он ругал себя за дамское малодушие, за то, что так долго не отвечал на звонки — а она звонила ему носом! — за то, что Арина оказалась вовлеченной во всю эту мерзкую историю!

Ты ни в чем не виноват, повторял он себе, угомонись! Ты тут ни при чем, ты найдешь ублюдка, который сделал это с нами, и своими руками порвешь его на мелкие части. Сейчас ты должен думать, просто думать!..