— Людо Шульман, вас вызвали в Верховный колдовской суд, чтобы вы дали показания по обвинению касательно деятельности Упивающихся Смертью, — провозгласил мистер Сгорбс. — Мы выслушали свидетельства против вас и готовы огласить вердикт. Можете ли вы до вынесения приговора добавить что-то к вашим показаниям?

Гарри не верил собственным ушам. Людо Шульман — Упивающийся Смертью?

— Только одно, — промямлил Людо, неловко улыбаясь, — ну... я знаю, что был полным идиотом...

Пара колдунов и ведьм снисходительно заулыбались. Но мистер Сгорбс их чувств не разделял. Он глядел на Людо Шульмана сурово, со свирепой неприязнью.

— Да, парень, это ты прямо в точку, редкий случай, — сухо проворчал кто-то Думбльдору. Гарри оглянулся и вновь увидел Хмури. — Если б я не знал, что он с детства тупица, решил бы, что его долбануло Нападалой по мозгам...

— Людовик Шульман, вас застали при передаче информации одному из сторонников Лорда Вольдеморта, — продолжал мистер Сгорбс. — За это я рекомендую заключение в Азкабан сроком не менее...

Но отовсюду понеслись возмущённые крики. Кое-кто вскочил на ноги и, глядя на мистера Сгорбса, затряс головой и даже кулаком.

— Но я же говорю, я понятия не имел! — поверх гомона толпы очень искренне воскликнул Шульман, округляя невинные голубые глаза. — Ни малейшего! Старина Гадвуд — давний друг моего отца... мне и в голову не приходило, что он продался Сами-Знаете-Кому! Я думал, я собираю информацию для наших! А Гадвуд мне ещё обещал должность в министерстве... ну, когда я уйду из квидиша... не век же по мне Нападалами будут лупить, правда?

В зале кто-то прыснул.

— Ставим вопрос на голосование, — невозмутимо объявил мистер Сгорбс.

Он повернулся к правой стороне аудитории. — Присяжные, будьте добры, поднимите руки... кто за тюремное заключение?..

Гарри посмотрел на правую часть зала. Руки не поднял никто. Зато многие зааплодировали. Одна из присяжных поднялась.

— Да? — гаркнул Сгорбс.

— Мы хотели бы поздравить мистера Шульмана с великолепным выступлением в прошлую субботу на матче против Турции, — задохнувшись от волнения, выговорила та.

Мистер Сгорбс вскипел. Подземелье зазвенело от дружных рукоплесканий. Шульман встал и, сияя, раскланялся.

— Нет слов, — прошипел Сгорбс Думбльдору, затем сел, а Шульман вышел из зала. — Гадвуд, видите ли, обещал ему должность... День, когда к нам присоединится Людо Шульман, станет одним из самых печальных дней в истории министерства...

И подземелье снова растворилось. Когда оно возникло опять, Гарри огляделся. Они с Думбльдором по-прежнему сидели около Сгорбса, но атмосфера в зале изменилась до неузнаваемости. Стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь бесслёзными всхлипами очень хрупкой дамы подле мистера Сгорбса.