— Ой, — сказал Чаруальд, — что ж. Бывает. Главное, кости больше не сломаны. Вот о чём надо помнить. Теперь, Гарри, топай в лазарет… А, мистер Уизли, мисс Грейнджер — как кстати! Вы его не проводите? Мадам Помфри немножечко тебя… ммм… подправит.

Гарри встал. Его как-то скособочило. Он глубоко вдохнул, взглянул на правую руку. И снова чуть не упал в обморок.

Из рукава высовывалась какая-то толстая резиновая перчатка телесного цвета. Гарри попытался пошевелить пальцами. Без толку.

Чаруальд не вылечил кости. Он их попросту удалил.

Мадам Помфри очень рассердилась.

— Надо было сразу же идти ко мне! — возмущённо воскликнула она, приподняв пальцами несчастное, безжизненное воспоминание о том, что всего полчаса назад было здоровой, нормально функционирующей рукой. — Кости я вылечиваю за полсекунды, но вот растить их заново…

— Но вы же сможете, да? — отчаянно спросил Гарри.

— Разумеется, но будет больно, — мрачно произнесла мадам Помфри, бросая Гарри пижаму. — Тебе придётся здесь переночевать…

Койку занавесили, и Гермиона подождала снаружи, а Рон помог Гарри переодеться. Запихнуть резиновую руку без костей в рукав оказалось не так-то просто.

— Ну, что ты теперь скажешь про Чаруальда, Гермиона? — окликнул Рон из-за занавески, пропихивая безжизненные пальцы в манжету. — Можно подумать, Гарри мечтал остаться без костей.

— Каждый может ошибиться, — отрезала Гермиона. — И потом, ведь рука больше не болит, правда, Гарри?

— Не болит, — согласился Гарри, забираясь в постель. — Но и ничего другого тоже не делает.

Он откинулся на подушки, и рука бессмысленно подпрыгнула.

Гермиона вместе с мадам Помфри зашла за занавеску. Фельдшерица принесла большую бутыль с надписью «СкелеРост».

— Ночка предстоит трудная, — сказала она, налила дымящуюся жидкость в стаканчик и протянула Гарри. — Заново кости выращивать — малоприятное занятие.

Пить «СкелеРост» тоже было малоприятно. Он обжигал рот и горло. Гарри закашлялся, захлебнулся. Мадам Помфри удалилась, недовольно цокая языком и сокрушаясь по поводу опасных видов спорта и безответственности учителей. Рон и Гермиона остались и дали Гарри воды запить микстуру.

— Всё равно мы победили, — вспомнил Рон и разулыбался. — Как ты его поймал!.

— Хотела бы я знать, как он околдовал Нападалу, — хмуро промолвила Гермиона.

— Надо внести это в список вопросов, которые мы ему зададим, когда примем всеэссенцию, — сказал Гарри, опускаясь на подушки. — Надеюсь, вкус у неё не такой противный…

— С кусочками-то слизеринцев? Размечтался, — сказал Рон.

Тут дверь распахнулась. Насквозь мокрые и грязные, ввалились игроки гриффиндорской команды.

— Вот это был полёт, Гарри, — сказал Джордж.