Мальчик соскользнул с мокрой метлы и повис на одном колене. Правая рука бесполезно болталась, а Нападала уже пошёл на второй заход, на сей раз целясь прямо в лицо. Гарри увернулся с единственной мыслью: «Добраться до Малфоя».

Глаза застилала пелена дождя и боли. Он нырнул к ненавистному, рябящему, ухмыляющемуся лицу, увидел, как Малфой в страхе расширил глаза, решив, что Гарри атакует его.

— Ты чего?.. — только и успел выговорить он, стремительно убираясь с дороги.

Гарри отпустил древко, за которое держался здоровой рукой, и сделал отчаянный бросок; пальцы обхватили ледяного Проныру, но на метле он теперь удерживался лишь ногами.

По стадиону пронёсся вопль, когда он устремился вниз, изо всех сил стараясь не потерять сознания.

Гарри с силой ударился о глинистую землю и скатился с метлы. Рука валялась как неживая, под очень странным углом; одурманенный болью, он будто издали слышал свист, шум, крики. Он сфокусировал зрение на мячике, крепко зажатом в здоровой руке.

— Ага, — пробормотал он невнятно, — выиграли.

И лишился чувств.

Придя в себя, он почувствовал, что дождь по-прежнему падает на лицо, понял, что всё ещё лежит на поле, увидел, как кто-то склонился над ним.

Блеснули зубы.

— Ой нет, только не вы, — простонал Гарри.

— Сам не понимает, что говорит! — громко крикнул Чаруальд напирающей толпе взволнованных гриффиндорцев. — Не беспокойся, Гарри. Сейчас я вылечу твою руку.

— Нет! — крикнул Гарри. — Пусть лучше так, спасибо…

Он попробовал сесть, но тело пронзила невыносимая боль. Где-то рядом послышалось знакомое щёлканье.

— Я не хочу, чтобы ты это снимал, Колин, — громко сказал Гарри.

— Полежи-ка смирно, — ласково уговаривал Чаруальд.

— Обычное заклинание, я это проделывал тысячи раз…

— А почему нельзя в лазарет? — выдавил Гарри сквозь стиснутые зубы.

— И правда, профессор, — поддержал заляпанный грязью Древ; в его команде пострадал Ловчий, но капитан всё равно расплывался в улыбке. — Вот это рывок, Гарри, потрясающее зрелище, ты буквально превзошёл себя…

Сквозь лес ног Гарри увидел, как близнецы Уизли с превеликим трудом заталкивают Нападалу в ящик. Нападала бешено сопротивлялся.

— Отойдите, — сказал Чаруальд, закатывая рукава нефритово-зелёной мантии.

— Нет… не надо… — воспротивился Гарри, но он был слишком слаб; Чаруальд повертел волшебной палочкой и направил её прямо на покалеченную руку.

"

"Странное, неприятное ощущение возникло в плече и быстро расползлось по руке до самых кончиков пальцев. Из руки будто выпустили воздух. Гарри даже не решался посмотреть, что с ней происходит. Он зажмурился, отвернулся, но худшие его опасения вскоре подтвердились: собравшиеся дружно заахали, затвор фотоаппарата бешено защёлкал. Рука больше не болела — но и рукой больше не была.