— Что случилось, Гарри? В чём дело? Он заболел? Но ты вылечишь его, правда? — Колин сбежал с трибуны и теперь в возбуждении прыгал вокруг.

Рона сотряс могучий спазм, и на грудь изверглась очередная порция слизняков.

— О-о-о-о-о! — восхитился Колин, вздёргивая фотоаппарат. — Можешь его так подержать, Гарри?

— Уйди, Колин! — рассердился тот.

Они с Гермионой повели Рона к опушке.

— Почти пришли, Рон, — приговаривала Гермиона. Уже показалась лачуга Огрида. — Сейчас тебе помогут… почти добрались…

До дома Огрида оставалось футов двадцать, и тут дверь отворилась, но на порог вышел вовсе не Огрид. Из хижины элегантно выступил Сверкароль Чаруальд, сегодня облачённый в нежнейшие розовато-лиловые тона."

"— Прячемся, быстро! — прошипел Гарри, утаскивая Рона за ближайший куст. Гермиона последовала за ними — правда, неохотно.

— Это на редкость просто, если знать, что делать! — громко говорил Чаруальд. — Если понадобится помощь, Огрид, ты знаешь, где меня найти! Я подарю тебе мою книгу. Я удивлён, что у тебя до сих пор её нет, — сегодня обязательно надпишу и пришлю. Что же, всех благ! — И он стремительно удалился.

Гарри подождал, пока он скроется из виду, вытащил Рона из-за куста, подвёл к двери в хижину и громко постучал.

Огрид открыл сразу же, крайне недовольный, но, увидев, кто пришёл, заметно просветлел:

— А я-то жду-пожду, когда ж они меня навестят… Заходите, заходите… Думал, профессор Чаруальд воротился…

Гарри с Гермионой перевели Рона через порог. В хижине была одна-единственная комната — огромнейшая кровать в одном углу, камин в другом. В камине весело потрескивал огонь. На Огрида история со слизняками, которую Гарри наспех поведал, усадив Рона в кресло, особого впечатления не произвела.

— Уж лучше наружу, чем внутрь, — оптимистично сказал он, подставляя Рону огромный медный таз. — Давай, Рон, не стесняйся.

— Мне кажется, тут ничего не поделаешь — надо ждать, когда пройдёт, — в тревоге сказала Гермиона, наблюдая, как Рон скорчился над тазом. — Это и в лучшие-то времена очень трудное проклятие, а уж со сломанной палочкой…

Огрид деловито накрывал на стол. Огромный дог Клык на радостях обслюнявил Гарри с ног до головы.

— Чего от тебя хотел Чаруальд? — спросил Гарри, почёсывая Клыка за ухом.

— Учил изгонять келпи из колодца, — проворчал Огрид, убирая со стола недощипанного петуха и ставя на его место чайник. — Будто я сам не знаю. И всё балаболил про своё боданье с башни. Ежели сказал хоть слово правды, я съем чайник!

Гарри уставился на него в изумлении: Огриду было совсем не свойственно критиковать преподавателей «Хогварца». Гермиона же ответила, несколько повысив голос:

— Мне кажется, ты несправедлив.