Запуганные Шутило и Харченко, взятые в Выжихе, божились, что покажут дорогу, и пока от своих намерений не отказывались.

С ними поработали умные люди из МГБ. Специалист с погонами майора, прибывший из Каргополя, сочетал пристрастные беседы с неким химическим препаратом, очередной революционной разработкой профессора Майрановского.

Новинка работала неплохо, но теперь бойцам фактически приходилось тащить пленных на себе. Их головы вернулись в норму, но координация хромала.

Уже сорок минут группа находилась в пути. Солдаты-сибиряки из стрелковой дивизии, кряжистые выносливые мужики, не привыкли жаловаться на усталость.

Они упорно шли вперед, давая фору своим офицерам.

Тяжелый телефонный разговор с начальством принес плоды. Для выполнения боевого задания районному управлению МГБ была придана рота хорошо экипированных красноармейцев. Под покровом ночи их высадили на станции Рошмень и тремя грузовиками отправили в Постычев. Там они отдохнули два часа. В четыре утра командир роты капитан Збруев построил солдат во дворе управления и доложил о готовности. Ударный отряд был усилен десятком милиционеров и опергруппой Кравца.

Западнее Гачевки грузовики съехали с дороги и пропали в низине, заросшей кустарником. Короткое построение, постановка задачи, и два ручейка потекли на юго-запад, в обход Щучьего озера. Двигались быстро, под прикрытием рослой травы.

Пастушок на кляче, выгнавший стадо на пастбище, заметил чужаков и попытался дать деру. Кто-то из солдат бросился наперерез, испугал лошадь. Та взвилась на дыбы, сбросила пастушка. Тот что-то мямлил, пыхтел. Смысл его монолога сводился к следующему: он всего лишь пастушок, племянник старосты дядьки Аврелия.

Ему и в голову не пришло бы бежать в село и докладывать о появлении бойцов Красной армии.

Ручейки устремились дальше, обтекая преграды и возвышенности. По лесу бойцы шли двумя параллельными колоннами. Длинноногие гонцы осуществляли связь между подразделениями.

Алексей двигался с первым взводом. За его спиной пыхтели Тамбовцев с Грековым, где-то дальше втихомолку ругался Газарян, чуть не потерявший сапог на топком участке.

Перед каждой колонной шли дозоры, подавая условные сигналы. Крикнет сойка один раз своим трескучим визжащим голосом – двигаем дальше.

Дважды – всем сидеть, непонятная ситуация. Трижды, почти без пауз – тревога!

Группа втягивалась в болота. По утверждению проводников, на этом участке они вполне проходимы. Можно не мостить гать, но стоит вооружиться жердинами, чтобы не провалиться в трясину. Солдаты выламывали длинные палки, обстругивали их на ходу ножами.

Тропы через болота действительно имелись, но авангарду приходилось идти осторожно, прощупывать почву, следить за наличием инородных предметов.