Возможно, в том, что произошло, имеется и моя вина. Но сил для охраны здания не было.

– Вы отбились? – Полковник как-то поскучнел.

Связь была идеальная. Кусков словно сидел напротив и придирчиво смотрел в глаза.

– Можно и так сказать. Бандиты бежали.

– Какие силы у тебя в наличии?

– Десяток красноармейцев, несколько милиционеров и сотрудников госбезопасности. Есть еще армейский взвод, но в райцентре солдаты появляются редко. Сегодня-завтра их точно не будет.

– Не на что тебе жаловаться. Действуй, капитан! – отрезал Кусков. – Останешься совсем один – тоже работай.

Незаменимых у нас нет, но на текущий момент ты именно такой. Позднее рассмотрим меру твоей вины и примем решение. А сейчас трудись. Какого хрена ты мне звонишь? С Желтухиным хочешь пообщаться?

Алексей передернул плечами и промолчал.

Через несколько минут он построил личный состав, пересчитал. Силуэты людей колебались в темнеющем небе. Усталые лица, помятое обмундирование. Старшина Капустин исподлобья сверлил его глазами. Милиционеров и сотрудников МГБ капитан свел в одну группу. Девять человек, и даже офицер есть. Худощавый, лопоухий и неприлично молодой лейтенант Тамбовцев не имел никакого опыта и заслуг, прибыл по распределению – карать врагов Советской власти и всячески крепить государственную безопасность.

– Старшина, верните людей на посты, – распорядился Кравец. – Никаких бодрствующих и отдыхающих смен, службу несут все и всегда. Караулы сократить. Взять под охрану комендатуру, здание госбезопасности. К четырем часа утра добудьте машину. Нужно потерпеть эту ночку, парни. Отоспимся на том свете.

– А почему на этом-то нельзя? – глухо посетовал кто-то.

Алексей не стал настаивать на тупом соблюдении устава, устало улыбнулся.

Грузовая машина «ЗИС-5», приписанная к войсковой части, нашлась на проселочной дороге, к юго-западу от райцентра. Бандиты загнали трехтонку в болотистую низину, прежде чем убраться восвояси, бросили в двигатель гранату. Кабину раскурочило, кузов остался цел. Использовать этот агрегат по назначению уже было невозможно.

Алексей задумчиво поглядывал на него из-за дерева, почесывая переносицу стволом пистолета. Он посмотрел на часы – ровно шесть. Утро было сизым, туманным, лес еще не проснулся.

"

"Проселочная дорога пролегала в пятнадцати метрах, сворачивала за ельник. Там остался «ГАЗ-64», на котором прибыла опергруппа.

«Лучше меньше, да лучше», – рассудил Алексей и взял с собой Газаряна, Тамбовцева и младшего лейтенанта Грекова, показавшегося ему самым смышленым среди милиционеров.

У машины остались двое красноармейцев. Он приказал им укрыться.

В чаще чирикнула первая пичужка. За ней вторая, третья – просыпались маленькие обитатели леса.

Алексей раздвинул ветки лещины, махнул стволом.