А теперь скажи, что ты чувствуешь? Нравится быть нищей дурой, которую на кон поставили? Ну, по крайней мере, хоть не на щелобаны играли, коняшка миллиона два стоит, – дед улыбается. Сломал меня. Видит это. Наслаждается моей болью. – Заплатил хоть? Нет, значит раз молчишь. Прекрасно."

"– Два миллиона. Он же мне такие же деньги… Так не бывает. Даже такие подонки как ты не играют на людей.

– Не играют, ты права внуча. Если их не используют втемную. Тот, кто эту игру придумал, знал кто ты. Под меня роют, суки. Знают болезненную мою точку. Кстати, я составил завещание.

Да только волка матерого не так-то просто завалить. И это не придурок Борька, у которого только две педали удовольствия – пожрать и потрахаться, на которые он давит постоянно. И не Макар этот. Неплохой парень, кстати. Я его прощупал, честный и хитрый, но не подлец. Мне нравятся мужики, которые из говна сами выбираются, без помощи родителей. Стоящие люди, хоть и на бошку двинутые. А девочка у него… Глаза у нее очень красивые. Редкие, – улыбка деда странно теплеет. Черт, что же происходит? – Ярцев расходный материал, Вера. Девочку надо сберечь. Она золотая, поверь. Ты должна вернуться в его дом, пока я не разберусь с тварями. Выполнишь мою просьбу – получишь обалденный приз. Кстати, доктора, дружка твоего Ярцева, машина сбила вчера. Черт его знает, что он успел рассказать и кому, – задумчиво говорит дед, и у меня внутри все холодеет. – Так что надо поспешать.

– Мне твои подачки не нужны, и завещание себе засунь… Только ради Маришки. Если ей грозит опасность. Но, если ты меня обманул, я не погляжу, что ты мой дед, – тихо выдыхаю я. Чувствую себя заглотившей крючок рыбой.

И понимаю, что не соскочу уже и меня зажарят и сожрут. Подадут к столу, как основное блюдо.

– Я не сомневался в тебе. Кровь не вода. Девочку береги как зеницу ока. А к Ярцеву присмотрись, его еще можно перевоспитать, тем более, что у вас больше общего, чем ты даже можешь себе представить. И кстати, кто сказал, что моя наследница ты? – ухмыляется Дед, бросая на стол сверток, завернутый в оберточную бумагу.

Валька молча смотрит на меня. Думает наверное, что я не дура и не суну свою бедовую головушку в петлю. Как же она ошибается.

Дед уходит.

Я придвигаю к себе сверток оставленный им, принимая правила игры.

– Ты же не пойдешь в дом Ярцева? – шепчет подруга.

– А ты угадай, – улыбаюсь я хищной улыбкой. Это фамильная ухмылка Боровцевых. Я возвращаюсь.

Глава 13

Макар ЯрцевНе помню, как добрался до дома. Забыл купить чертовы гамбургеры. Зато приобрел бутылку стремного коньяка и противно-вредной дешевой колбасы в лабазе возле дома поганой «булки» и выжрал половину бормотухи, закусывая «собачьей радостью» прямо на скамейке возле торговой точки.