— Да где же мы их найдем, — скептически отозвалась Алисия. — Мало желающих ехать в такую глушь. Да еще и дети… специфические.

— Нормальные дети.

— Ну да. Разумеется. Школьной медсестрой назначается Аннабель Хорредж, за столовую отвечает опять Мэри Лу Вуттон. Личность завхоза меня смущает — Фрэнк Райт. Бывший заключенный, Тэсса. У тебя никого поприличнее нет?

— Нет никого приличнее Фрэнка.

— Ну, под твою ответственность. Вроде основные позиции мы закрыли, да? Ждем акта попечительского совета о приемке школы, и можешь приезжать за детьми. Только, Тэсса… — Алисия помялась. — Ты не могла бы пригласить с собой Холли Лонгли? Умираю от желания с ним познакомиться. Ты видела отзывы на его выставку в Глазго? Это же фурор! А его скандальное интервью! Он же буквально на весь мир признался в любви к тебе… Чего только в жизни не бывает, да? Кто мог подумать, что столь тонко чувствующий человек способен влюбиться в такую грубую субстанцию, как инквизитор.

Тэсса закатила глаза. За годы службы она слышала в свой адрес эпитеты и похлеще, но как-то отвыкла от них за последнее время.

— Нет, — мстительно ответила она, — я не могла бы пригласить Холли Лонгли. Он мировая знаменитость, а не обезьянка в зоопарке. Я приеду с Фрэнком Райтом, от него будет больше прока.

— Вот так всегда — мечтаешь о встрече с творцом, а получаешь уголовника, — вздохнула Алисия. — Найди физрука и математика!

— Пойду искать, — отрапортовала Тэсса и нажала отбой.

— Нет, Мэри, я не могу передать Холли Лонгли твои просьбы о встрече, — гаркнула Фанни в свой телефон. Секретарша, для увольнения которой понадобился пройдоха-адвокат, осаждала ее звонками всю неделю. — Я знаю, что с Льюисом невозможно иметь дело, мы специально такого наняли… Что значит — где Холли найдет тебе замену? Я подам объявление в интернете и возьму того, кто мне понравится больше. Да Холли же и уполномочил! Неужели ты думаешь, что у него есть время на такую суету? Очень занят!

— С утра лежит на диване и пялится в потолок, — хмыкнула Тэсса и помахала рукой, привлекая к себе внимание. Фанни отвела телефон в сторону, а из него все стрекотала и стрекотала взволнованная женская речь.

— Распечатай личные дела детей из моей почты, пожалуйста, — попросила Тэсса и вышла из конторы.

На улице сияло яркое солнце — что выглядело как своеобразное благословение для пожилых жениха с невестой.

Чувствуя, как загар прилипает к ее макушке, Тэсса направилась к кофейне. Возле дома сварливого Джона валялись, подставляя теплу грязные бока, несколько упитанных кошек. Бренда с помощью крошки Артура снимала красные плоды с яблони.