Засыпала я в меланхоличном настроении. В голове крутилась фраза главного героя: «Ты ведь моя единая и последняя любовь. Успокойся, я с тобой. Подумай обо мне, и я буду с тобой, потому что мы с тобой любили друг друга только одно мгновение, но навеки».

* * *Утром я плелась в школу в дурном настроении, абсолютно не выспавшись. Хотя в каком настроении можно еще идти в школу осенью? Да, в принципе, в любое время года.

Я снова не смогла созвониться с Маринкой – подруга не брала трубку. А я хотела предложить дойти до нашего «любимого» учебного заведения вместе. Сказать по правде, за две недели моей болезни, каникул и Марининого домашнего ареста я соскучилась по подруге. А еще интересно, как там у нее обстоят дела с Кораблевым. Не пробрался ли этот шут гороховый ночью в комнату своей возлюбленной по простыням. Хотя какое мне дело до интимной жизни других людей? Но есть один нюанс. Маринка – моя подруга. А Антон Кораблев – гад ползучий.

То и дело меня обгоняли довольные младшеклассники с румяными щеками. Идут себе довольные, щебечут о прошедших каникулах и предстоящей учебе. И ничто их не беспокоит: ни сильный порывистый ветер, ни хронический недосып… Нет, мои каникулы, на удивление, тоже прошли терпимо – дважды мне даже удалось выбраться из дома. Это ли не победа?

Я, как это обычно бывает по понедельникам, опаздывала к первому уроку и вбежала в класс буквально за пару минут до звонка. К моему удивлению, Маринки за нашей партой не оказалось. Странно, обычно подруга, если и не успевает на занятия, предупреждает меня по телефону. Может, он у нее сломался?

Я сразу же глянула на парту, за которой сидит Антон. Кораблева на месте тоже не было. Так-так-так, что этот тип, интересно, задумал? Уж не выкрал ли подружку из-под носа строгого отца?

Прозвенел звонок на урок. Я все еще сидела за пустым столом, не успев разложить вещи.

– Зырянцева, а Петрова где? – сидя за первой партой и не оборачиваясь, прокричала Куницына. – Сейчас учитель уже придет. Я посещаемость отмечаю.

– Понятия не имею, извини, Валя, – так же громко ответила я Кунице.

– Так, а Кораблев? Зырянцева, они что, вместе на каникулы куда-то уехали? – продолжала орать с места Валька.

– Может, ты ко мне подойдешь, Валя? – не выдержала я. Надоело кричать через весь класс. Я сижу за предпоследней партой.

– Здесь я решаю, кто к кому подходить должен, – буркнула под нос Куницына, но я чудом ее расслышала."

"Я как раз в этот момент вытащила из сумки пенал. Эх, запустить бы прямо в голову Валентине его, так она меня раздражает. Еще эти кральки ее новомодные, ей-богу, как мишени. Но вроде Куница отстала от меня со своими расспросами, и на том спасибо.