— Добрый вечер, жнец Грант, — поздоровалась я вежливо, повернувшись с шаблоном над руками к мужчине. За месяц успела привыкнуть к виду доспехов, а вот запах дракона до сих пор заставлял резерв откликаться. — То же самое я могу сказать и вам. Замечательно, когда преподаватель уделяет столь много времени каждому рекруту.

— Язва, — криво ухмыльнулся он, чем немного меня смутил.

Я действительно и не пыталась сдержать укола, просто ещё не привыкла к тому, насколько Грант бывает прямолинейным.

— Ты поговорила с Кираной? — он решил сменить тему разговора, что принесло мне лёгкое облегчение.

— Да, она… расстроена.

— Хорошо, что поговорила, — кивнул он удовлетворённо.

— Мне не даёт покоя наш разговор, — раз он здесь, попробую кое-что узнать хотя бы в общих чертах. Грант заинтересованно склонил голову к плечу. — Я сказала, что при императоре было лучше, а вы ответили, что мне известно не всё. Стало любопытно…

— Взнос за рассмотрение изобретений ввёл как раз император, — хмыкнул Грант.

— Но… зачем? — удивилась я.

— Скорее всего, чтобы пополнить казну. Расходы на военные нужды росли, наращивали производство вспомогательных артефактов и техники.

— Значит, император был плохим правителем, если всё так усугубилось по всем фронтам? — спросила я прямо.

Грант нахмурился, задумчиво глядя в мои глаза, а я очень старалась играть обычное любопытство, параллельно продолжая медленно сплетать между собой нити стихии.

— Уильям Андервуд был новатором. Многие его законы не нравились знати, но время показало их действенность. Только последний год его правления выдался… неоднозначным.

— И его убили, — протянула я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Он погиб не в бою, — качнул головой Грант.

— Зато теперь есть Совет. Столько семей возвысились, ваша, в том числе.

Я помнила, что на подобный выпад Итан отреагировал довольно жёстко, возможно, и мой собеседник тоже разозлится. Может, выдаст информацию, которой не собирался делиться. Но больше хотелось бы просто избавиться от его внимания чрезмерной бестактностью.

— Недолюбливаешь аристократов? — понимающе кивнул он.

— Временами, — соврала я. — Разве смерть императора не на руку роду Грант?

— Андервуда свергли не ради получения власти, — ответил он хлёстко.

— Но выглядит всё именно так, — я продолжала медленно плести страницы, только он вдруг перехватил меня за руку, вынуждая заглянуть в его глаза.

— Но не так на самом деле, — заявил он твёрдо.

— Лишь с ваших слов, жнец Грант, — мой голос прозвучал холодно, чтобы напомнить о границах, и он отпустил меня, позволяя снова вернуться к работе.