Между тем джип, то ли черный, то ли темно-фиолетовый, проследовал мимо, и я, признаться, порадовалась: страхи мои были напрасны. Потом мне стало обидно — машина была моей единственной надеждой перебраться на тот берег.

Тут джип резко затормозил и сдал назад, а я уже не знала: то ли мне радоваться, то ли бежать сломя : голову. Задняя дверь распахнулась, и мужской голос поинтересовался:

— Тебя что, из дома выгнали?

— Хуже, — ответила я, — сама сбежала. На ту сторону отвезете?

— Садись.

Душа моя ликовала, что все так хорошо и складно получилось, я устроилась на заднем сиденье, хлопнула дверью, джип тронулся с места, а я повернула голову и глухо простонала: в опасной близости от меня сидел начальник мелеховской охраны Тумарин Лев Кириллович.

— О нет, — пробормотала я, но было, конечно, поздно.

Мы как раз выезжали к мосту. Лев Кириллович положил могучую руку мне на плечо и сказал:

— Здравствуй, красавица, давно не виделись.

— Да я не скучала, — со вздохом отозвалась я.

— А я с ног сбился, все тебя искал.

— Зачем?

— Вопросы кое-какие накопились.

— Опять? Вы ж со мной дважды беседовали, я все мало?

— Ты зачем из больницы сбежала?

— Испугалась.

— Чего?

— Блондина. Он ночью явился, а у меня аллергия на лезвия.

— Какой блондин, какое лезвие? — нахмурился Лев Кириллович.

— Блондина зовут Феликс, больше я о нем ничего не знаю, а лезвие его — любимая игрушка. Сунет его в рот и жует, страшная гадость.

— Постой, — насторожился Лев Кириллович, — а он откуда взялся? Ах ты черт…

— Черт не черт, а взялся. И встреч с ним я не ищу, потому и сбежала.

— Так это Феликс убил Мелеха?"

"— Хватит дурака-то валять, — обиделась я. — Никто вашего Мелеха не убивал, и вам об этом хорошо известно.

— Что? — вытаращил глаза Лев Кириллович, а я поразилась людскому лицемерию, вопил он вполне искренне и, казалось, был действительно потрясен.

— Как вы мне осточертели со своими прибамбасами, — пожаловалась я. Тут Лев Кириллович торопливо и даже нервно огляделся и вновь полез с вопросами.

— Ты откуда в таком виде?

— Пришлось спешно покидать один негостеприимный дом.

— Что за дом? Да отвечай ты путем.

— Тогда как следует спрашивайте.

— Где ты была, то есть куда сбежала из больницы?

— Сбежала я домой, потом нашла Витьку.

— К кому? — явно туго соображая, спросил Лев Кириллович.

— Вы меня с ума сведете. К Мелеху, конечно.

— К Мелеху? Да что за черт… Он что — жив?

— А то вы не знаете. Конечно, жив. А его дружки сидели в джипе, возле моста. Может, обратили внимание, когда мы мимо ехали?

Водитель, парень лет тридцати, и Лев Кириллович растерянно переглянулись, а я, кивнув, констатировала очевидное:

— Не обратили.