Я стояла посреди подпола, а вокруг меня бегали и тихонько визжали тарантулы-людоеды. Чокнутая ли я?

Определенно, но по соображению совести я должна была их спасти.

Слыша, как на кухне кричит от радости страусенок, увидев столько еды, мигом ринулась наверх.

— Нельзя! — выхватила маленького паучка из клюва птенца, стараясь не выронить его из рук, когда мохнатые лапки обвили мои пальцы и судорожно вздохнув опустила его на пол к сородичам.

Тарантулы собрались на кухонных тумбах, на верхних шкафчиках, сбились в кучи и пялились на меня всеми своими глазами. Беглого взгляда хватило, чтобы понять - не хватает их вожака, или кто он у них там.

— Ты будь на месте, если схватишь еще кого-нибудь я из тебя сделаю бульон! — Пригрозила страусу и повернулась к тарантулам. — Сейчас вернусь.

Новый заход в подполье, где было уже более спокойно из-за отсутствия живности, а единственные раздражающие звуки - звон капель стекающей с потолка воды. Сил у меня уже не оставалось, сна правда тоже не было ни в одном глазу, ведь на мне великая миссия спасти тех, кто возможно однажды меня сожрет.

— Эй, ты здесь? — не зная, как обращаться к пауку, решила говорить как с человеком. Не «цып-цып-цып» же, в самом деле.

Жаль, фонарика не было, а без него очень сложно что либо разглядеть. Я уходила все дальше и дальше, казалось, сам дом по площади намного меньше, чем подполье, здесь было несколько ходов и чем дальше я продвигалась, тем шире они становились. Паутин на стенах уже не было, зато земляные насыпи покрывала какая-то мерзкая зеленая слизь, затронув которую совершенно случайно я едва не рассталась со съеденным салатом.

— Какая гадость!

— Не гадость, а яд.

— Кто здесь? — резко подскочила, едва не ударившись головой о доски.

— Меня придавило, когда земля размылась... Иди вперед три шага и посмотри влево.

Голос был тихим, словно шелест листвы, но тем не менее я отчетливо слышала каждое слово. Мозгом я понимала, кто со мной говорит, но поверить в это не могла.

Гулко сглотнула, так как легкое опьянение мигом улетучилось и страх вернулся. Одно дело находиться с тарантулами бок о бок, совсем другое - говорить с ними.

Сделала ровно три шага и повернулась влево - здесь, в воде по самую шею, если она есть у пауков, находилась самая крупная особь. Паучий предводитель - я все еще в этом уверена. Его лапки увязли в грязи, а одну из них придавил осколок глиняного кувшина, выбраться тарантул никак не мог.

— Спаси, отблагодарю.

— Да я за этим и пришла, — неуверенно произнесла, выпутывая его из ловушки. — Не за благодарностью то есть, а спасти. Все ваши уже наверху, вроде никого не забыли."

"Наконец тарантул был освобожден и прижат к моей груди, я двинулась на выход, уговаривая себя, что держу в руках плюшевую игрушку.