Но запах по-прежнему проникал в легкие, вызывая тошноту и резь в глазах.

Рядом с моим лицом обнаружилась вскрытая консервная банка. Ее край сослужил мне хорошую службу: вертясь, как гусеница, я перепилила ремни кляпа, а затем и путы. Это занятие помогло мне отделаться от тревожных мыслей и нарастающей паники.

Ферруго не спешил сбрасывать «отходы». Наверняка наслаждался собственным мнимым могуществом и безнаказанностью. Мысленно считая секунды, я начала карабкаться вверх. Стены отсека покрывал толстый слой вонючей и склизкой плесени. Но мне в тот момент было не до брезгливости.

Периодически срываясь и падая, я вновь и вновь карабкалась вверх, стараясь не думать о том, что отсек невозможно открыть изнутри.

Мусор подозрительно заколыхался: Ферруго надоело развлечение. С противным скрипом створки отсека разъехались в стороны, выгружая скопившееся «добро».

Я зажмурилась и затаила дыхание. Отлепилась от стены: какой смысл цепляться за призрачную надежду.

О будущей смерти я подумала без страха, принимая как неизбежное. Заученные на Тифоне уроки подсказывали, что долго мучиться не придется. 15 секунд осталось до того, как сознание покинет мое бренное тело.

Кровь закипит, а после замёрзнет. Ткани и органы расширятся. Резкий перепад температур и солнечный ветер довершат начатое. И я стану ничем, растворюсь в небытие космоса.

Последняя мысль была о Дэве. И о том, что мне так и не удалось его спасти. Он погибнет, так и не узнав, кем его заменили. От ужаса я щелкнула языком. Глухо пискнула, призывая на помощь.

Мягкий толчок приняла за столкновение с кучей мусора. Не имея возможности сопротивляться, позволила непонятной субстанции облепить мое тело. Проваливаясь в небытие, почувствовала слабое тепло и что-то такое, что можно описать только тем странным словом, которое любил повторять Дэв.

Негу. Да, именно ее.

Что ж, видимо, и смерть умеет быть нежной.

Постепенно до меня стало доходить, что я вовсе не умираю. Напротив, будто возрождаюсь заново, обретаю вторую ипостась. Тело мое точно уснуло, расслабленное и недвижимое. Но мой разум в этот момент оживал, впитывал энергию космоса, слушал его песни. Постигал его тайны.

Тончайшие жгутики с присосками на концах обвили меня, проникли в тело. Мне было не больно, и даже не неприятно.

Слегка щекотно, когда самая крупная веревочка приклеилась к гортани. Как материнская пуповина, она снабжала кислородом и водой. Той самой живительной влагой, целебным эликсиром Вселенной.

Это так прекрасно - парить в пространстве, ощущая себя сверхновой звездой, свободной и мощной. Знать, что твой покой никто не нарушит, пока рядом друг. Тот, что держит тебя в себе.

Мой любимец, каким грузным и неповоротливым он был на тверди. И каким ловким и грациозным стал в космическом пространстве.