Тебе здесь нечего делать.

— Ой, как же ты меня бесишь! — разозлилась она, забралась на кровать и впилась пальцами в грудь. — Вставай!

— Нет.

— Тогда позволь мне вытащить нас, — заявила она неожиданно.

— Что?

— Я войду в твое тело, как тогда, когда мы писали Манифест. Или когда занимались сексом с Мисой. И с Асурой, кстати, тоже… Позволь мне стать тобой, я смогу поднять твое тело и увести отсюда.

— Ты сошла с ума, — слабо ответил я.

— Сумасшедшие не устают. Что тебе терять?

И правда. А что мне терять? Я уже упал ниже некуда. Почему бы и нет?

К черту.

— Давай, — кивнул я.

Она набросилась на меня со страстным поцелуем. Её холодный, сухой язык провалился в мой рот, заставив поперхнуться. Мгновение и она исчезла.

Несколько секунд я не мог продохнуть, будто её язык ещё был у меня в горле. Следом из груди вырвался кашель, что заставил меня согнуться на кровати. Я свесился с края и вырвал желчью на ковер. Отдышался.

Как же мерзко.

С постели поднялась уже она. Я был рядом, внутри и снаружи одновременно. Как пересесть на пассажирское сиденье или смотреть фильм через мутное стекло. Мы были единым целым, и вместе принимали решения, одновременно, но мое влияние на тело ослабло, и управляла им безумная маньячка, которую я сам и выдумал.

Вот оно какое, настоящее безумие.

Икари потянулся и серьезно осмотрел тело. Вытянул руку, сжимая и разжимая пальцы, глядя на них, будто впервые.

— Класс, — улыбнулся он.

Прихрамывая, он прошел в ванную и умылся, напился воды из крана, заглотил ещё горсть таблеток, после чего пошел рыться в шкафу. Его движения были бодрыми, резкими, полными энергии, как у дикого зверя, которого выпустили из клетки.

Он вытащил огромный старый чемодан, вскрыл его ножом и принялся раскидывать одежду по комнате. Нашел потертую футболку по размеру и джинсы. На верхних полках нашлись розовые кеды, но Икари это не смутило. Он приложил ногу к подошве, кивнул и нацепил их без носков.

Захватив танто и бросив окровавленный костюм валяться на полу, он вышел из квартиры.

Быстро он спустился на улицу, обозревая последствия ночного погрома. Людей почти не было, вдалеке стояла полицейская машина. На тротуаре валялся сбитый столб, грузовичок так и лежал на боку на перекрестке.

Каждая витрина, мимо которой он проходил, была разбита, двери выбиты, мебель валялась прямо на проезжей части.

Большинство вывесок сломаны, поэтому ранее яркая улица теперь тонула в полумраке. Икари не стал рисковать, и нырнул в проулок, из которого вчера вышел.

— Выведу нас к метро, — сказал он вслух.

— А потом? — спросил я.

— Подальше отсюда. Нужно безопасное место, зализать раны.

Икари прошел по переулку, перемахнул через забор, оказавшись на островке, где погиб Ягами.