Те, кто уже поучаствовал в первом бою, активно помогали деканам и центурионам, тут и там слышались свисты бичей и глухие удары палок по спинам самых нерадивых.

От соседней палатки увидев меня, сорвался бегом возница Ментуиуи, видимо позвать военачальника, поскольку он вскоре подошёл ко мне сам.

— Мой царь, — склонил голову военный.

— Новости есть?

— Менхеперресенеб ещё не вернулся, из города прибыли припасы и вино, а также последняя часть мужчин для пополнения вашего легиона, — по-военному чётко и по делу ответил он.

— А-а-а, так это их гоняют рядом с моей палаткой? — понял я.

— Центурионы стараются, — хмыкнул он, — меня тоже разбудили их крики.

— Когда мы готовы свернуть лагерь?

Ментуиуи задумался, посмотрев на солнце."

"— К полудню Твоё величество, думаю я успею собрать весь обоз. Очень много золото и драгоценностей, нужно всё тщательно переписать и упаковать.

— Хорошо, а я тогда пойду ещё раз вздрючу легион, — кивнул я, — никак не могу простить им тех двух, что не смогли отговорить племянника Менхеперресенеба от насилия и убийства. Если бы даже они просто связали его и сдали мне, ситуацию и то удалось бы разрешить гораздо проще.

Военный пожал плечами и склонившись, пошёл по своим делам. Каждый был занят своим делом и ровно к полудню, всё разрастающаяся небольшая армия, двинулась дальше. Я встал на колесницу и Меримаат ускорил бег лошадей.

— Я наверно только у тебя не спрашивал, как мои новые внедрения показали себя в бою, — спросил я у него.

Парень внимательно смотрящий на дорогу, чтобы колесница не попала в ямку или на камень задумчиво ответил.

— Меня не пустили в первую волну, но при второй атаке я смог уговорить Бенермерута отпустить меня, — признался он, — как и у всех возниц, впечатления только положительные. Кони меньше задыхаются, дольше могут бежать в ускоренном темпе. Те у кого они ещё и подкованные, те вообще счастливы, с ногами у лошадей реально стало меньше проблем. Чудо, которое ты подарил нам царь, оценили все без исключения.

— Хорошо, значит можно будет подумать и о других улучшениях, — успокоился я.

— Колесница Менхеперресенеба, — внезапно показал Меримаат на чуть видимую пыль далеко на дороге.

Я попытался вглядеться, но цель была слишком далека.

— Как ты понял, что это он? — удивился я.

— По накидкам на лошадях, — ответил Меримаат, — такой расцветки они только у него.

Этого я на такой дистанции не видел, но вскоре его слова подтвердились, когда они подъехали ближе. Три колесницы проехали мимо меня, воины на которых мне поклонились, а вот военачальник остановился рядом и попытался слезь с колесницы, чтобы встать передо мной на земле.