Не знаю, чего он так пересрался в первую минуту. Наверняка подумал, что его взяло за жабры ОБХСС — по этой линии у него, видать, накопилось столько грешков, что сотрудники Комитета представились кем-то вроде исповедников: кто сможет понять и простить.

Не уверен, но мне показалось, что и Михаил увидел этот психологический хвостик, за который можно хорошо схватиться.

— Тогда, — задушевно начал он, — с нами, как с семейным доктором: правду, правду и только правду… Нас интересует, кто и как тебя… вас завербовал. И задание, конечно.

Вот так резко он врубил «полный вперед». Мне почудилось это не самым лучшим ходом: сейчас Михеев возмутится, подымет шум до небес, то есть до потолка: да что вы говорите, да как вы смеете!.. Да я служу в Облисполкоме!..

Но ничего подобного. Задержанный сделал коротенькую паузу — секунды три, не больше. Но сделал. Приосанился. И молвил глубокомысленно:

— Завербовал, товарищи — не то слово. Я пошел на контакт с… э-э, как это сказать… с противником сознательно. Понимаете? Я хотел собрать как можно больше сведений, прежде чем идти к вам. Ну не идти же с пустыми руками! Согласны⁈

По мере монолога уверенность и даже достоинство тона нарастали крещендо. Последнее слово и вовсе было произнесено с почти победным пафосом. Михеев точно одолжение делал чекистам — дарил ценную информацию.

Однако, парням такую лапшу на уши было не повесить. Михаил многообещающе ухмыльнулся:

— Да нет, не очень. А почему тогда ты побежал от нас, как будто тебя в жопу хотели вы*бать?

Марина страдальчески поморщилась:

— Фу, Миша! Ну что это такое?..

Тот лишь отмахнулся — дескать, бабам слова не давали. Михеев горделиво заколдбился:"

"— Вы меня простите… Но надо выбирать выражения, товарищи…

— Тебе шахтеры скоро будут товарищи, — пообещал Михаил. — На урановых рудниках. Если повезет. Если лоб зеленкой не намажут.

Я с некоторым трудом удержал улыбку.

«Урановые рудники» — очень живучий городской миф времен позднего СССР, которой была подвержена не только молодежь, но даже взрослые. Согласно данной легенде, лиц, приговоренных к высшей мере наказания, не расстреливали, а отправляли в какие-то далекие секретные шахты добывать радиоактивный уран — мол, пусть малый толк, да будет от этих уродов. Один черт им подыхать, так хотя бы подохнут с пользой. Заодно туда же якобы ссылали и осужденных за крупные хищения, а также «политических». Последних, кстати, в ту эпоху формально не было, они проходили по разным уголовным статьям… Но, как говорится, есть нюанс.

Кстати: наряду со слухами об урановых рудниках, так сказать, в одной упряжке шли сказки о психотронном оружии, разрабатываемом нашими учеными и примененном Советской Армией в конфликте с КНР на острове Даманский.