Более того, возможно, скоро придется думать о том, как защитить родные фьорды от раскрашенных воинов с перьями на головах.

Когда их отряд повернул к Андоррским горам, Аскел дезертировал. Его план был прост: добраться до Средиземного моря, а уж там… Хэрсир рассудил, что опытный моряк и хороший воин в тяжелые времена пригодится на любом судне. А отплыв от испанских берегов и обогнув по морю занятую мутантами Францию, можно было двинуться на север через относительно спокойные Инквизиторские земли в южной и центральной Европе.

Путь к средиземноморским берегам занял много времени, но по дорогам теперь ходило столько самого разного народа, что на хэрсира никто не обращал внимания. Всюду царила деловитая суета, по трактам двигались вооруженные отряды и обозы. Ехали куда-то рыцари-одиночки, шагали пешком угрюмые ландскнехты, селяне гнали скот и везли скарб под защиту замковых стен.

Но однажды все вокруг изменилось. На дорогах начали попадаться тела крестоносцев. Целые и невредимые, если не считать расцарапанных лбов, без признаков насильственной смерти. Инквизиторы были живы, но находились в бессознательном состоянии: подходи и бери любого голыми руками.

Все это было очень странно, но не настолько, впрочем, чтобы не воспользоваться ситуацией. Аскел присвоил кое-что из чужих припасов и оружия и даже обзавелся боевой скотиной крестоносцев, на которой вскоре добрался до побережья.

После непонятной падучей болезни Инквизиторы пришли в себя довольно быстро, но с ними явно что-то произошло. Это было видно даже чужаку. Крестоносцы полностью утратили волю к победе, – так Аскел охарактеризовал бы их состояние. Орденские рыцари и солдаты теперь подолгу что-то обсуждали на перекрестках, как торговцы на базаре, сбивались в разрозненные дезорганизованные группки и порой даже кончали с собой. А ведь воин, утративший веру в победу, – уже не воин. Такой воин не остановит врага. Аскелу еще больше захотелось убраться с проклятой испанской земли.

Бывший капитан русских ландскнехтов, с которым хэрсир познакомился в Креусе и который понимал язык Инквизиторов, обещал ему в этом помочь.

Глава 37

«Дольче вита» отчаливала. Видимо, больше никого брать на борт Джузеппе не хотел, или места для новых членов экипажа на шипастом когге уже не осталось, или не оставалось времени.

Полоска мутной воды между причалом и судном ширилось. Начиналась «Сладкая жизнь»."

"– Плохой корапль, – расслышал Виктор бормотание стоявшего неподалеку Аскела. – Польшой. Метленный. Тяжелый. Голофа тракона нет, мотор – нет, фесла – мало, шипы – мноко. Шипы цепляют фоту и тормосят хот.

Хэрсир явно тосковал по своему драккару – хищному, быстрому, стремительному.

Потопленному морской тварью.

Грузное судно медленно удалялось от причалов.