Второй — не принять такое решение и пробовать жить по-своему, возможно вызвав тем самым гнев сильных, всеобщее осуждение, и даже приблизив собственную скорую гибель. Какой путь верный? Я не знаю. Каждый выбирает для себя сам. Лично я выбираю самоуважение.

Красиво сказано. Но какая все же шельма мой костлявый приятель, как он все умеет перевернуть. Минуту назад я в душе смеялся над ним, а теперь испытываю небольшой стыд, потому что он делает то, что мне не удалось.

— Итак — Барон склонился ко мне, его губы растянулись в гуттаперчевую улыбку — Ты все же нашел способ, как мне улизнуть с Серых Равнин?

— И да, и нет — я вздохнул — Ход на ту сторону есть, но мы, увы, дали двери закрыться.

А открыть ее снова не получится.

Ну, на самом деле где-то тут находится ""великая шамана"" Хрытт, этот дедуля наверняка может в скале проход организовать, но что-то я сильно сомневаюсь в том, что он станет это делать. Не могу сказать, на чем основаны мои сомнения, просто я это знаю — и все тут. К тому же мне кажется, что далеко не он давал Ррашту добро на то, чтобы нас запустили на Темные пути Сумакийских гор, это сделал кто-то повесомей, поавторитетней.

Не сам ли Странник? Да и потом — ну, откроет он нам проход — и что? Без проводника там делать все равно нечего.

— Порадуй меня, белый братец — Сэмади положил мне руку на плечо — Скажи, что у тебя в запасе есть другая дверка.

— Ну, не то, чтобы… — я поморщился — Просто это не лучший вариант. Не для меня, для тебя. Я же знаю, как ты любишь собирать чужие долги, ты их буквально коллекционируешь. Что из подобного следует? Значит, что сам ты в них залезать не стремишься.

— Не стремлюсь — признал Барон — Но если речь идет о том, чтобы покинуть наконец это серое место и вернуться туда, где есть небо — я готов даже кому-то что-то задолжать. Знаешь, белый братец, я ведь начал было уже жалеть о том, что вообще подался на континент. Да-да! Что, по сути, плохого было там, где я жил раньше? Плеск волны, зелень островов, доверчивые как дети корсары, приносящие дары — прелесть, да и только!

— Кстати, с самого начала не понимал, зачем ты вообще оттуда сбежал — заметил я — Там ты был практически единовластный владыка, творил, что хотел, никто тебе слова поперек сказать не мог.

А тут…

— Да как же — рассмеялся Сэмади, засунул руку в карман сюртука, пошерудил ей там, и расстроенно мне сообщил — Нету орешков. Кончились. Так вот — ты слишком мало там побыл, потому ничего и не понял. Поверь, в Архипелаге все совсем не так просто, как кажется со стороны. И я там был далеко не самой крупной рыбешкой, как бы не неприятно это было признавать.

— Ну да — я покивал — Одноногий, его часто поминали.