— На своём пути я встречал всякое… — медленно произнёс Фольки, не спуская глаз с морфана. — Но такого урода вижу в первый раз. Где ты его нашёл? Под землёй? Если так, то не стоило тащить его на поверхность…"

"По моим губам скользнула улыбка. Косматый и грязный северянин смотрелся рядом с облачённым в чёрные доспехи морфаном, как облезлая шавка рядом королевским догом.

— Воулоусатый челоувечек слишкоум мноугоу боултает, — Дру-уг поджал тонкие губы. — А у тоугоу ктоу мноугоу боултает всегда малоу доубычи…

— А у тебя её много? — оскалился Фольки. — Если да, то я заберу у тебя всё!

Столь смелое заявление выглядело с его стороны, мягко говоря, несколько самонадеянно.

В рукопашной схватке у северянина не было никаких шансов против морфана. Однако доводить дело до прямого столкновения я, разумеется, не собирался.

— Успокоились, — резко приказал я, заметив, что Дру-уг уже потянулся к закреплённым на кирасе трезубцам, а Фольки перехватил нож для броска. — Оба.

Ослушаться ни тот ни другой не решились. Дру-уг убрал руки от оружия, а Фольки спрятал клинок обратно в ножны. Однако заканчивать неожиданно вспыхнувший конфликт они пока не собирались.

— Скажи своему другу, чтобы он держался от меня подальше, — высокомерно произнёс северянин.

— Воулоусатый челоувечек мне не нравится… — морфан тоже не остался в стороне.

Я на короткое — почти невесомое — мгновение вызвал из памяти воспоминание о бьющемся в предсмертных конвульсиях Вороне, и когда в стороны от меня разошлась холодная волна страха, веско произнёс:

— Заткнулись. Оба.

Фольки побледнел. Он так широко распахнул испуганные глаза, что сам стал похож на морфана. Дру-уг пошатнулся.

На бесстрастном лице подземного обитателя не было видно никаких эмоций, но его тоже зацепило будь здоров.

— Что это? — прохрипел Фольки, с трудом глотая воздух. — Что со мной?

— Меня мало интересует ваша взаимная неприязнь, ваши дрязги и ваши бессмысленные разборки, — негромко произнёс я, проигнорировав вопросы северянина. — Но если кто-то из вас ещё раз возьмётся за оружие, чтобы ударить по своим, то этот глупый поступок станет последним в его никчёмной жизни. Возражения есть?

Фольки и Дру-уг синхронно мотнули головами. Возражений у них, конечно, не было.

— С этого дня вы будете драться плечом к плечу, — продолжил я, — и значит, станете почти что братьями… А в нашей небольшой, но крайне сплочённой семье очень не любят споры между родственниками. Уяснили?

Дру-уг молча кивнул. Фольки сумел выдавить из себя короткое «да».

— Тогда вперёд, — я рукой указал в сторону уже заждавшегося Усача.

И северянин, и морфан первые метры шли так, словно вместо ног у них были поломанные ходули. Однако уже через пару секунд оба полностью оклемались.