Между построек, не замечая меня, туда-сюда бродила чья-то сгорбленная фигура, но примерно через полчаса исчезла и она. Полная тишина, тьма и безлюдье.

Выждав для верности ещё час, я приступил к работе. Тихий шаг — с пятки на носок, по внешнему краю стопы. Ровное дыхание — спокойное и беззвучное. Оружие и вещи надёжно закреплены — не гремят и не бряцают.

Тонкий кинжал Лэйлы легко справился с простейшим замком на двери. Ничего сложного — думаю, при большом желании его можно было вскрыть даже ногтем. В помещении, где находилось заветное ведро, стояла почти непроглядная тьма.

Я прикрыл глаза. Справа ощущалось чьё-то размеренное дыхание. Слишком размеренное для бодрствующего человека — в комнате спал тот самый старик, который относил заключённым еду.

Это всё усложняло. Изначально я планировал просто забрать ведро, чтобы потом, как закончу, вернуть его на место, но теперь мой план летел ко всем чертям. Вдруг дедуля проснётся и заметит, что драгоценного ведёрка почему-то нет? Нетрудно догадаться, как он станет действовать, если обнаружит пропажу — старикан наверняка поднимет тревогу, о которой я узнаю только в тот момент, когда в подземелье уже прибегут графские бойцы.

В общем, с разносчиком помоев надо что-то решать. Самый простой и самый надёжный вариант — это сделать так, чтобы дедушка больше никогда не проснулся. Немного жаль его, конечно, но я пока не готов рисковать собственной жизнью и свободой ради постороннего и совершенно бесполезного для меня человека.

Оружие, разумеется, использовать нельзя — насильственная смерть привлечёт ненужное внимание — поэтому придётся потратить несколько красных ягод... Хольд говорил, что одна штука снимает боль, две отправляют сознание в наркотическое путешествие, а после трёх человек обычно засыпает, чтобы больше никогда не проснуться.

Гарантий, конечно, никаких, но они мне и не нужны. Дедуля в любом случае проведёт всю ночь в наркотическом трипе, любуясь яркими и красочными сновидениями, а на утро либо проснётся, если его удача крепка, либо отправится в местный морг, если фортуна от него отвернулась.

Я размял три крупных ягоды между пальцев, а потом осторожно опустил получившуюся кашицу в приоткрытый беззубый рот. Старикан пожамкал губами, причмокнул, и уже через пять минут его дыхание ослабло настолько, что стало почти незаметным.

Вот и всё. Я не испытывал ни горечи, ни раскаяния — эти чувства остались в далёком прошлом. У меня есть задача, которую необходимо выполнить, и есть цена, которую придётся заплатить. Сегодня, правда, счёт выставлен другому, но когда-нибудь настанет и мой черёд. Я знал это совершенно точно.

Искать заветное ведро долго не пришлось. Пройдя вдоль стены, я сразу ощутил его — моя цель притаилась за покосившимся деревянным ящиком.