Это любовь? Или я просто какая-то ненормальная? Почему то, что Ян видит меня голой, доводит меня до такого исступления?

Я в шоке… Боже, я в шоке!

Умираю, как хочу близости с Нечаевым, но при этом до сих пор стыжусь того, что он поймет, насколько сильно я этого желаю. Что бы Ян не сказал, а мое воспитание продолжает горланить в подсознании, что хорошие девочки не должны так быстро и так сильно возбуждаться.

И что же мне делать? Как с этим бороться?

Все, что меня волнует сейчас – не подумает ли обо мне плохо Ян?

– Ю… Ты… Черт… Ты – просто охренеть, – сипит Ян. Окатывая взглядом мое обнаженное тело, буквально озаряет его благоговением, любовью, похотью и чем-то еще.

Чем-то, что я не могу распознать. Гляжу на его красные губы, заострившийся подбородок, алые скулы, подрагивающие ресницы и сверкающие глаза, и кажется, что он смущен не меньше меня. Но зная Яна… Могу заключить, что это невозможно. Однако именно эта составляющая обезоруживает полностью, окончательно прогоняя желание прикрыться. Он восхищен. Он ценит меня. Он любит. Он хочет меня во всех смыслах. Для него это так же важно, как и для меня. А значит, это не может быть плохо. – Ты нереально красивая, Ю. Ты космическая. Ты, блядь, фантастическая, – выпаливает Ян, пребывая в том же изумлении, которое удивляет и умиляет меня одинаково сильно. – Я… Я просто в ахуе. Эм-м, в хорошем смысле слова, Ю. Я сражен!

Вскидывая взгляд, смотрит мне в глаза. Принимая и отражая его эмоции, прекращаю дышать. Даже увлажнять слизистую забываю – просто неспособна моргнуть.

– Хочу целовать тебя, – информирует Ян с такими интонациями, словно вся его жизнь сейчас лишь от этого зависит.

Моя тоже."

"Не смею сопротивляться, пока он выдергивает из-под меня халат и, напирая, вынуждает меня лечь спиной на шкуры.

Судорожно втягиваю воздух, когда накрывает мое тело собой. Ощущение, словно не кислород заглатываю, а какое-то огнеопасное вещество. Оно провоцирует за моей грудиной новый будоражащий взрыв. Едва успеваю на выдохе прикрыть глаза, как происходит физическая атака – горячий торс Яна плотно впечатывается в мою дрожащую и сверхчувствительную, будто воспаленную и до ужаса раздраженную кожу. Особенно сильно достается соскам. Сквозь них словно неразрывный мощнейший поток электричества проходит. Мурашки с этим воздействием справиться неспособны. Подобной защитной реакции попросту недостаточно. Я, конечно, инстинктивно дергаюсь, но отстраниться и прервать невыносимый контакт возможности нет. Поражающий мою грудь жар вызывает резкое сокращение мышц и распространяет по телу шалые импульсы. Внизу живота спазм столь сильный, что сразу после него через меня проносится целая серия раскаленных разрядов. Вздрагивая на каждом из них, пытаюсь стиснуть бедра. Только вот тщетно.