Господи, и зачем я о нем сейчас вспомнила? Будто мало мне волнения!

Прочь из моей головы! Прочь!

– Ангел, – возвращает меня в действительность папа. – Во время первого кураторского часа обязательно возьми слово, поприветствуй одногруппников и заяви о своем желании занять должность старосты.

Моем желании… Моем ли?

Я сглатываю, с трудом перевожу дыхание и незаметно вытираю вспотевшие ладони о складки шерстяной юбки.

Ни выступать перед незнакомой публикой, ни быть снова старостой я не хочу. Тяжело даже представить, как я выполняю отцовские напутствия. Но возражать я не смею. Боюсь разочаровать.

Мои родители – успешные и уверенные в себе люди. Мама – учитель высшей квалификационной категории, призер международной олимпиады по математике, обладатель гранта «Последователи Гаусса», и еще многое другое. Папа, помимо аналогичных регалий по своей специальности в прошлом, вот уже десять лет является директором престижнейшей в нашем городе гимназии.

У меня, конечно, тоже много побед и наград. Причем по разным предметам. Я никогда не имела права фокусироваться на чем-то одном. Всегда должна была развиваться во всех областях науки. Но в гимназии меня все знали и любили. Там были папа и мама. И там был Святик.

А тут… С минуты на минуту я впервые окажусь в совершенно незнакомом мне месте одна. Ну не обладаю я такой уверенностью, чтобы в новом коллективе сразу же стремиться себя проявить! Однако страх огорчить семью приводит меня в еще большую панику.

– Мы в курсе, какие порядки в высших учебных заведениях, но ты, пожалуйста, ангел, ничего на первый вечер не планируй, – выдает мама, тряхнув изящными крупными кудрями. Пока я в восхищении смотрю на нее, добавляет: – Ты же помнишь, что День знаний мы всегда проводим в кругу семьи? С твоим окончанием школы и поступлением в университет ничего не поменяется. Дедушка с бабушкой будут у нас в половине седьмого. И принесут твой любимый торт!

– Вау, – толкаю я несколько сдавленно. Прочищаю горло, чтобы иметь возможность выразить хоть какой-то восторг. – Супер!"

"– Та-а-к, – протягивает мама, когда папа уже заезжает на парковку университета. Прямо-таки барабанная дробь, вызывающая у меня мощнейшую волну страха. – Ну что, готова? – изрекает мама тем самым озорным и мотивирующим тоном, который она обычно задействует передо мной и моей тринадцатилетней сестрой, когда мы всей семьей приезжаем в место, где нас ждут веселье и приключения.

Как бы не так!

От очередной волны озноба вздрагиваю. Мама тут же показывает папе, чтобы повысил температуру в салоне. Короткий обмен жестами, который они устраивают, как и всегда, понимая друг друга без слов, избавляет меня от необходимости врать. Я перевожу дыхание и смотрю в окно.