Мы пытались привыкнуть к интонации друг друга – и это нам быстро удалось. Мы покачивались в своих креслах, и я поняла, что все, что я читала о Кубе – неудачи коммунизма, бедность, трудности, очереди за продуктами, борьба за элементарные удобства, неравенство между теми, кто платит долларами и кто расплачивается обычными песо, – все оказалось правдой. Лео и Грасиэла подтвердили это. Наш разговор затянулся до ночи. Нам было уютно под легким кубинским ветерком, задувающим в открытые окна веранды. Я ожидала увидеть страшную, зловещую крепость, но люди здесь оказались очень теплыми и открытыми – такими же, как везде.

Через несколько дней после приезда я отправилась в Publicitur. Эта организация представляет Международный пресс-центр Кубы и обеспечивает иностранных журналистов «проводниками», которых назначает правительство. Они сопровождают журналистов, записывают имена всех, у кого берут интервью, фиксируют каждое посещенное место, а потом передают эту информацию властям. Я представилась секретарю в приемной. Она сразу поняла, что я – «американская журналистка». Меня уже ждали. Секретарь провела меня в комнату, где за столом сидели две молодые женщины, гордившиеся своим школьным английским и весьма ограниченными знаниями о внешнем мире. Директора Publicitur с готовностью ответили на мои вопросы о Кубе и жизни в этой стране. Я попросила организовать мне фотосъемку в ряде мест, но инстинктивно поняла, что от них я не получу никакой нужной мне информации. Они сказали, что могут организовать съемку в правительственных зданиях и больницах, но я понимала, что в такой стране, как Куба, это невозможно. Я впервые оказалась в стране, где журналистов сопровождают официальные гиды, а свобода передвижения строго ограничена."

"Все работники Publicitur и Международного пресс-центра были готовы показать мне туристические достопримечательности Кубы – пляж Варадеро, «Тропикану», недавно отреставрированный район Старой Гаваны. Но с тем же энтузиазмом они не позволяли мне отклоняться от заранее определенных маршрутов. Я приехала на Кубу в сезон дождей, и снимать на улицах было трудно. Я целыми часами бродила по городу из конца в конец в поисках интересных сюжетов, страдая от жары, влажности и постоянных заигрываний со стороны кубинских мужчин, которых изумляло появление иностранки. В конце концов я сумела наскучить даже своим гидам. Я так много времени тратила на поиски композиции и подходящего света, собираясь снять блестящую американскую машину на фоне разрушающегося здания, что они решили: ходить повсюду со мной нет никакого смысла. В течение нескольких дней в моем доме не было воды для мытья, и вскоре я сама стала чувствовать исходящий от меня запах. Мне казалось, что я вот-вот рухну от жары.