Явившийся с ним мальчик помог ее распаковать, и, к моему величайшему изумлению, на скромном обеденном столе нашего съемного жилья взору предстал холодный ужин, способный порадовать любого эпикурейца. Поданы были две пары вальдшнепов, фазан, пирог с pâté de foie gras[28] и несколько покрытых паутиной бутылок старого вина. Визитеры расставили эти яства и исчезли, подобно духам из арабских сказок, пояснив, что ужин оплачен, а им было велено доставить его по этому адресу.

К девяти вечера в комнату энергичной походкой вошел Шерлок Холмс. Лицо его сохраняло серьезность, но в глазах поблескивал огонек, заставивший меня увериться, что его предположения полностью оправдались.

– Итак, ужин подан! – воскликнул он, потирая руки.

– Вы, кажется, ждете гостей? Стол накрыт на пять персон.

– Да, похоже, кое-какая компания соберется. Удивительно, что до сих пор нет лорда Сент-Саймона… Ага! Не его ли это шаги на лестнице?

Действительно, в комнату чуть ли не влетел наш недавний посетитель, еще более судорожно раскачивая висевшее на цепочке пенсне. Его аристократическое лицо выражало крайнюю степень взволнованности.

– Итак, мой гонец до вас добрался? – спросил Холмс.

– Да, но должен признаться, что содержание вашей записки потрясло меня сверх всякой меры. Вполне ли достоверно то, что вы сообщили?

– Более чем.

Лорд Сент-Саймон рухнул в кресло и провел рукой по лбу.

– Что скажет герцог? – пробормотал он. – Что он скажет, когда услышит об унижении, которому подвергся один из членов нашего семейства?

– Вышла чистейшая случайность. Не вижу здесь ничего унизительного.

– А, вы смотрите с другой точки зрения!

– Я не вижу в происшедшем чьей-либо вины. Не представляю себе, каким образом леди могла поступить иначе, хотя действовала она слишком стремительно, и об этом остается только сожалеть. Но она выросла без матери, и в критическую минуту ей просто не с кем было посоветоваться.

– Это оскорбление, сэр, публичное оскорбление! – заявил лорд Сент-Саймон, барабаня пальцами по столу.

– Но вы должны принять во внимание, в какой сложной ситуации оказалась бедная девушка.

– Я не намерен ничего принимать во внимание. Меня втравили в позорную историю, и я просто взбешен.

– Кажется, звонят, – сказал Холмс. – Да-да, шаги на лестничной площадке. Что ж, лорд Сент-Саймон, если я не в силах убедить вас более снисходительно отнестись к происшествию, то, быть может, в этом преуспеет приглашенный мной адвокат. – Холмс распахнул дверь, и в комнату вошла девушка в сопровождении джентльмена. – Лорд Сент-Саймон, позвольте мне представить вас мистеру и миссис Фрэнсис Хэй Моултон. С миссис Моултон, полагаю, вы уже знакомы.

При виде новых гостей наш клиент вскочил с места и застыл, выпрямившись во весь рост.