— Это правда? Не принуждение? Не хочу фальши. Придете ко мне по собственной воле?

— О, ваше величество! Разве я не танцевала с вами на празднестве у кардинала Уолси, даже не зная, кто вы.

Воспоминания были ему приятны.

— О да! Вы лишились чувств, когда я снял маску. Кто же, по-вашему, это был?

— Я об этом не думала. Знаю, звучит глупо, но мне казалось, что вы гость на празднике, новый прекрасный незнакомец, с которым мне, к счастью, довелось танцевать.

Он рассмеялся:

— О, миссис Кэри! Такое милое личико и такие рискованные мысли! Мечтали о прекрасном незнакомце, который явится ко двору и выберет вас?

— Я не хотела ничего плохого. — На мгновение я испугалась, что это слишком сладко даже для него. — Когда вы пригласили меня танцевать, просто забыла, как подобает себя вести. Уверена, что не сделала бы ничего дурного. Просто наступил момент, когда я…

— Когда вы?

— Когда я забыла.

Мы дошли до арки, ведущей к конюшням. Король остановился под каменным сводом, развернул меня к себе. Я почувствовала каждую частичку своего тела, от сапожек для верховой езды, скользящих по булыжнику, до глаз, устремленных вверх, на него.

— Может быть, забудете снова?

Я медлила с ответом, но тут раздался голос Анны:"

"— Какую лошадь вы, ваше величество, предполагаете выбрать для моей сестры? Надеюсь, убедитесь, какая она хорошая наездница.

Король выпустил меня и повел нас на конюшню. Мужчины осматривали одну лошадь за другой.

— Помоги ему увлечься, — прошептала Анна, подходя ко мне, — но не давай понять, что и сама увлечена. Пусть добивается тебя, не подозревая, что его заманивают. Если он предоставляет тебе выбор — идти вперед или отступить, как сейчас, всегда отступай…

Король с улыбкой повернулся ко мне, пока Георг приказывал слуге вывести из стойла красивую гнедую лошадку.

— Но не слишком быстро, — предостерегающе прошептала сестра, — дай возможность себя поймать.

Вечером я на виду у всего двора танцевала с королем, а на другой день скакала бок о бок с ним на новой лошади. Королева, сидя за главным столом, следила за нами во время танца, а провожая короля на охоту, махнула рукой на прощанье. Все знали, что король соблазняет меня и я уступлю, когда мне прикажут уступить. Один лишь король ни о чем не догадывался и полагал, что скорость ухаживания зависит лишь от силы его страсти.

Первая награда пришла несколькими неделями позже, в апреле. Отец был назначен казначеем, это открывало ему доступ к ежедневным доходам королевского двора и позволяло расхищать их по своему усмотрению. Однажды перед обедом он отозвал меня для разговора с глазу на глаз, пока ее величество занимала свое место за почетным столом.

— Мы с дядей довольны тобой. Георг и Анна уверяют, что под их руководством ты все делаешь правильно.

Я присела в реверансе.